Она недоумевала, почему луна светит столь нежным, мягким и приятным светом, как в летний день. Да и море было теплым. Она перевернулась на спину и легла на воду, раскинув руки, позволив волнам нести ее. Звезды составляли ей компанию. Она была рада, что они сияют в небе. Радуясь, она громко смеялась им. И ничуть не удивилась, увидев, что над ней склонилась сестра Перпетуя в своем белом чепце и произнесла:
– Я здесь, сестра. Я здесь.
Как странно: сестра покачала головой, едва заметно, но уверенно, так что белый чепец растаял и остались только звезды, луна и широкое море.
А потом она увидела кораблик, скользящий к ней по волнам в лунном свете. Сначала она подумала, что это морской мираж, созданный ее измученным воображением, такой же бесплотный, как и лицо сестры Перпетуи в белом чепце.
– Мне повезло, что вы оказались поблизости!
Он кивнул на мачту, и она увидела, что вокруг нее, как знамя, обернута узкая полоска кожи с пряжкой.
– Я возвращался, чтобы вернуть вам это.
– Вы хотели вернуть мой ремень! – Она не знала, почему это показалось ей странным, почему ей захотелось разразиться диким истерическим хохотом.
– Что ж, судя по всему, я пристал бы к острову при свете луны, а Эмброуз Горриндж не очень любит незваных гостей, – весело сказал он. – Я собирался оставить пояс на пристани. Подумал, что вы найдете его с утра."
"Истерика, которой она была готова поддаться, отступила.