Череп под кожей

Прижимая громко урчащего Томкинса к раскрасневшейся щеке, он казался милейшим малым, особенно в глазах человека, который увидел его в первый раз. Корделия одарила его холодной ремаркой: «Нечем заняться?» – и взглядом, который явно отрицал его принадлежность к сотрудникам агентства.

– Так мы поднимемся? – повернувшись к ней, произнес сэр Джордж.

Корделия старалась не встречаться взглядом с Бивисом, который поднял глаза к небу, и они друг за другом поднялись по узкой, покрытой линолеумом лестнице. Корделия шла впереди; они миновали один-единственный туалет с умывальником, которым пользовались все арендаторы здания (она надеялась, что сэру Джорджу не понадобится туда зайти), и оказались в маленьком коридоре на третьем этаже.

Мисс Модсли встревоженно посмотрела на них поверх пишущей машинки. Бивис усадил Томкинса в корзинку, где тот тут же принялся умываться, пытаясь избавиться от всей грязи Кингли-стрит, окинул мисс Модсли укоризненным взглядом широко раскрытых глаз и беззвучно прошептал слово «клиент». Мисс Модсли вспыхнула, приподнялась со стула, потом снова села и принялась замазывать опечатку трясущейся рукой. Корделия провела клиента во внутреннее святилище.

Когда они уселись, она спросила:

– Хотите кофе?

– Настоящий кофе или суррогат?

– Что ж, полагаю, вы назовете его суррогатом. Но это самый качественный суррогат.

– Тогда чай, если он у вас есть. Желательно индийский. И, пожалуйста, с молоком. Без сахара. И никакого печенья. – Такой просьбой он не хотел никого оскорбить.

Он просто привык излагать факты и прямо говорить, чего хочет.

Корделия выглянула за дверь и обратилась к мисс Модсли:

– Чай, пожалуйста.

По приготовлении чай будет подан в изысканных рокингемских чашках, которые мисс Модсли получила в наследство от матери и одалживала агентству исключительно для обслуживания особо важных гостей. Корделия не сомневалась, что сэр Джордж покажется мисс Модсли достойным рокингемского сервиза.

Они смотрели друг на друга, сидя по обе стороны стола Берни.

Его живые глаза серого цвета изучали ее лицо, словно он был работодателем, а она – соискателем, что в некотором роде, как она подозревала, соответствовало действительности. Прямой пристальный взгляд этих сияющих глаз резко контрастировал с судорожно гримасничавшим ртом и сбивал ее с толку! Наконец он произнес:

– Почему вы решили назваться агентством Прайда?

– Потому что основателем агентства был бывший лондонский полицейский Берни Прайд.