Этого было достаточно – «Волга» зацепила его правым крылом или бампером и отбросила в сторону, словно сноп соломы. От резкого торможения ее занесло на перекресток.
Все случилось внезапно, водитель «Жигулей» успел лишь подумать: шофер не виноват, он ничего уже не мог изменить, хорошо, что я все видел и смогу это подтвердить, если потребуется.
На шоссе и вокруг наступила тишина, слышался лишь шум дождя.
Водитель «Жигулей» до предела напряг зрение и все же сумел разглядеть что–то черное, бесформенное, распластавшееся почти на самой середине дороги и несколько фигур вокруг.
Бежевые «Жигули» вырулили с боковой дороги на главную и остановились за машиной, сбившей парня.
«Я должен ему хоть что–нибудь сказать… Как–то утешить его… Он же не виноват – предотвратить все равно ничего не смог бы… Надо вызвать «скорую“ и автоинспекцию… В кафе должен быть телефон… Если оно еще открыто… Но главное – спокойствие… Главное спокойствие…»
Мужчина выключил мотор, открыл дверцу и вышел. Только сейчас он заметил, что в «Волге» сидят двое.
«Тем лучше, совсем хорошо, – подумал он. – Еще один свидетель».
Сзади раздался топот бегущих парней. Думая о том, что сказать незадачливому водителю, он не успел даже обернуться.
Удар немного задел плечо, скользнул по нему и пришелся в шею, ниже подбородка, но был такой сильный, что мужчина упал, оглушенный.
– Ты за что Толика, свиное рыло? За что…
– Дай ему ногой!
От удара под ребра перехватило дыхание, но сознание он не потерял. Он втянул голову в плечи, насколько это было возможно, и прикрыл кулаками лоб, как это учили делать, если противник загнал тебя в угол и сыплет град ударов.
Он мог ждать помощи только из «Волги», но там почему–то мешкали.
И вдруг сквозь ругань и воинственные выкрики парней он услышал резкий рык мотора «Волги» и визг колес, буксующих на мокром асфальте, пока машина набирала скорость. В его взгляде, прикованном к «Волге», было скорее удивление, чем упрек, хотя мужчина сообразил, что сидящие в машине прекрасно поняли ошибку пьяных дикарей, которые были уверены, что их дружка задавили «Жигули».
Вечно бить нельзя.
Бьющий тоже устает. А пятеро бьющих устали еще быстрее – в свалке они мешали друг другу.