— Адам, не шути так!
— А с чего ты взяла, что я шучу?
Повисла тишина. Только ее возмущённое дыхание в трубке. Только терпкий, с небольшой горчинкой, вкус коньяка на его языке.
— Мы давно не были вместе, — наконец произнесла Ника. Ласки в голосе как не бывало, одно лишь недовольство.
— И?
— Хочешь, я приеду?
— Нет.
— Значит, действительно притащил к себе какую-то шлюху!
Он знал, что Ника ему ещё нужна. Но также он знал, что его это все достало.
— Ника, я не думаю, что тебя это касается, — его тон звучал предупреждающе, но она ему не вняла.
— Что? Вообще-то я твоя невеста!
— Вообще-то тебе прекрасно известна истинная суть наших отношений. Но если ты забыла, то я напомню: я делаю, что хочу, а ты делаешь, что я скажу. В обмен на высокий статус моей невесты и соответствующее ему положение в обществе, которым тебе так нравится кичиться.
— А что, если меня это больше не устраивает?
— Значит, меня больше не устраиваешь ты, — сказал он холодно и усмехнулся.
— Я думала, что мы поженимся, — в голосе Ники послышались истерические нотки.
— Ты верно заметила — ты думала. Я такого не говорил.
— Но ты не отрицал!
— Мне было так выгодно, — пожал плечами Адам.
— Ты меня использовал! — почти выкрикнула она.
— И это абсолютно взаимно. Ты ведь тоже охотно пользовалась моим именем. Так что не устраивай сцен. Мы оба знаем, что я для тебя — своего рода модный аксессуар, который так приятно выставлять на всеобщее обозрение. Но хорошего понемножку.
— Я тебе нужна… — Он ясно ощущал, как Ника судорожно ищет доводы в свою пользу. — Ведь скоро очень важный для тебя прием.
— Ты действительно думаешь, что мне некого будет на него взять? — В словах и тоне Адама сквозила неприкрытая насмешка.
— И кого же ты возьмешь? Одну из своих разукрашенных шлюх, которая даже не знает как себя вести в приличном обществе?
— Ну почему же. Хотя бы вот… — Он немного подумал и едва не рассмеялся, представив реакцию Ники на то, что собирался сказать.
— Эту…? — кажется, от удивления у Колчановой напрочь иссяк и без того небогатый словарный запас.
— Да, именно эту. Или ты присылала кого-то ещё?
Адам готов был поклясться, что Ника сейчас злобно скрипит своими отбеленными зубами. От этой воображаемой картины он испытал странное удовлетворение.