Не классические, тоже джинсы напоминают, но всё же…
— Идём, — он протягивает руку, и, когда я вкладываю свою прохладную ладонь в его горячую, переплетает наши пальцы.
— А семья? — шепчу. — Они ведь… Твои не посчитают это неуважением? Мои мама и папа примут, думаю, а твои? Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.
— Мы поедем к ним. Потом. Сделаем никях. Всё как положено. Но сегодня — только мы с тобой, Мадина. Поняла? — он останавливается и смотрит в глаза так, что во мне будто что-то щёлкает и я успокаиваюсь, хотя под ложечкой всё ещё трепещет.
В ЗАГС мы приезжаем быстро. Здание невысокое, старое и выкрашено в нежные тона: белый и голубой. Без излишней помпезности, но красиво. На колоннах изображение соединённых колец, к деревянным дверям ведет лестница, перед которой я замираю в волнении.
— А если нам откажут в регистрации? — сжимаю руку Данияра. — Очередь ведь, заявление надо подавать и всё такое.
Внезапно я осознаю, что понятия не имею о всей этой процедуре. Это в кино, наверное, только молодые, решив спонтанно пожениться, приходят в ЗАГС, и их сразу женят.
— Всё решим, Мадина, — улыбается Байматов. — Если ты не передумала, конечно. Но если так, если ты пока не готова, то только скажи.
— И ты так просто тогда от меня откажешься, Байматов? — подначиваю его, глядя в глаза.
— Нет, — усмехается он, подмигивая. — Назад дороги у тебя уже давно нет, Мадина, ты понимаешь же? Но я ведь должен был это сказать, правда?
Напряжение почти отпускает от его искренней улыбки, и я смеюсь.
В просторном красивом холле, отделанном белым с золотом мрамором, Данияр оставляет меня минут на десять, сам скрывается за дверью администратора. Я замираю в этой глянцевой торжественной красоте, в этой тишине, в которой слышны только мои дыхание и сердцебиение.
Данияр выходит с широкой улыбкой и направляется ко мне, и едва он успевает взять меня за руку, как из кабинета администратора вслед за ним выходит женщина в строгом сером костюме, отпирает высокие белые двери и приглашает проследовать за ней через пару минут.
Я чувствую, как теплеет моя ладонь в руке Данияра, когда он ведёт меня к распахнутым дверям красивого торжественного зала. Начинает негромко играть красивая музыка, пока мы идём по идеально гладкому, глянцевому полу.