Но они их не нашли, поэтому решили сжечь дом!
– Что было в тех бумагах, Сэмми? – спросила я на удачу, потому что уже ничего не понимала.
Мне казалось, что женщина с вуалью была на моей стороне и против монстров из магической аномалии, а теперь получалось, что она тоже монстр?..
– Я не особо уверен, но дядя иногда говорил, что аномалий две… Они разные и враждуют друг с другом.
– Аномалии враждуют между собой?!
– Нет же, мисс Кэрри! – Сэмми назвал меня так же, как и Молли. – Враждуют не аномалии, а те, кто из них приходят.
– Ах вот как! – выдавила я из себя.
– Еще дядя утверждал… Особенно, если много выпивал… Он говорил, что все, кто приходят из аномалий, – это настоящие монстры. Чудовища и порождения ада и тьмы, и их нужно обязательно уничтожить, пока они не уничтожили нас. Потому что они хотят захватить наш мир.
– Погоди, но я-то тут при чем?! – спросила у него растерянно. – К тому же я не собираюсь захватывать мир, Сэмми!
– Потому что ваш портрет есть в дядиных бумагах, – сообщил мальчик.
– Но ведь бумаги сгорели, – возразила ему. – Ты сам мне об этом сказал!
– Не все, мисс Кэрри, потому что мой дядя был магом и хранил свои документы в особой шкатулке. Когда дом потушили, я ее нашел. Правда, она тоже сгорела, но не до конца.
– Мисс Кэрри, не слушайте вы его! – воскликнула Молли, с тревогой уставившись в мое лицо. – Вот же дрянной мальчишка! – заявила она Сэмми.
Потому что, кажется, я пошатнулась.
В глазах потемнело, в ушах зашумело, словно вся кровь разом прихлынула к голове. Затем отхлынула, и я едва не сделала то же самое.
С ней за компанию.
– Вот, присядьте! Поди вон! – шикнула Молли на Сэмми.
Тот угодливо подскочил со стула, но я покачала головой.
– Со мной все хорошо, – ровным голосом сказала я Молли. – Я не собираюсь падать в обморок, поэтому стул мне ни к чему. Рассказывай дальше, Сэмми!
– А больше мне и нечего рассказывать, – вздохнул Сэмми. – Я решил, что вы монстр, мисс Кэрри! Ваш портрет был в дядиных бумагах, а я ему верил.