— Можно…
Опер отвел Ивана в дежурную часть и, забрав с собой Цыпу, ушел в кабинет. Ивану указали на скамью возле телевизора:
— Здесь сиди!
Из маленького зарешеченного окошка «телевизора» на Ивана глянул Жорик:
— Ну, что?
— Колят…
— На что?
— Пока только на машину с телевизорами…
В этот момент в дежурную часть вошел какой-то постовой и несколько мгновений дверь оставалась открытой.
— Беги, Ваня! Беги! — шепнул Жорик. — Беги пока не поздно!
Иван размышлял мгновение.
Он подскочил с лавки и со всех ног бросился к приоткрытой двери…
— Куда? — заорал дежурный…
— Прощай Ваня! — крикнул Жорик. — Не забывай нас!
Иван проскочил в дверь и, оказавшись на улице, со всех ног бросился бежать. Дежурный выскочил следом, но куда там…
Пробежав несколько кварталов, Иван забежал в подворотню и присел на скамью, что бы отдышаться…
Удрал…
Мысли вертелись в голове как белки в колесе.
Как стемнело, Шилов осторожно пошел в сторону дома, где его поймали. Через час, найдя спрятанные деньги, он присел в сквере на лавочку. Деньги жгли руки, просились потратить их на что ни будь… например, на билеты домой…
Наверное, ростовские блатные еще долго помнили подающего большие надежды «Ивана с Дальнего Востока».
Вернувшийся домой Иван еще долго трясся по ночам в ожидании ареста и суда. Эти бессонные ночи наводили на сознание массу размышлений и оргвыводов…
В родном Семеновске фактически еще не существовало «общака» как такового. Можно было смело начинать, и Иван знал, что на этом поприще он сможет добиться хороших результатов… тем более, он знал, как это делается…
Иван долго думал над этим.
Иван не мог забыть глаза того опера из ростовского уголовного розыска.