Мы сильно отрываемся, а они идут вслед за тобой почти сразу.
— Понял. Держите «Корону», а куда «Москвич» пошел?
— Потеряли, — признался Вадим.
— Ясно. Как девчонки? — спросил Иван.
— Все готовы.
Иван поколесил по городу и через десять минут подъехал к закусочной «Башня», возле которой и договорились провести встречу. Закусочная представляла собой некогда бывшую детскую крепость, в настоящее время превращенную коммерсантами в питейное заведение…
Там уже стоял «Москвич». Иван подошел.
— Ну что?
— Какие бабы! — мечтательно отозвался Шишкарь, заглядываясь на двух загорелых стройных девушек, сидевших неподалеку на лавочке и пьющих пиво из банок.
— Тогда показывай.
Шишкарь кивнул второму:
— Давай."
"Водитель «Москвича» вышел и, не здороваясь, прошел к багажнику и открыл его. Из запаски он извлек плоский целлофановый пакет, в котором виднелось что-то бурое.
«Какие дебилы!» — подумал Иван.
Ведь все знают, что наркоту из года в год перевозят в запаске, и все равно там же продолжают возить.
— Смотри, проверяй, — водитель протянул пакет.
Иван, уже отметивший, где остановился микроавтобус, развернулся так, чтобы и в видеокамеру и двум скучающим девчонкам был виден факт передачи ему этого пакета водителем.
— Здесь два килограмма? — спросил он уже для диктофона, который был спрятан в нагрудном кармане куртки.
— Два килограмма ровно! — сказал Шишкарь.
— Это точно гашиш?
— Гашиш. Наш, покровский!
— Бери «Корону»! — сказал Вадим Жене.
Тот вышел из автобуса и направился к стоящей у обочины иномарке. Походкой старого алкоголика Женя подошел к «Короне».
— Мужики, дайте закурить! — попросил он, заглядывая в салон.
— Отвали, бомжара! — сказал развязно водитель, повернув к Жене свое морщинистое лицо, со взглядом бывалого урки.
Женя оглядел себя: с чего он взял, что нормально одетый человек похож на бомжа?
— Тогда руки в гору! Шестой отдел!
В лоб водителя уперся ствол пистолета.
— Атас, менты! — бросил заученную видимо еще в детстве фразу пассажир, и выскочил из машины.
— Стоять! — крикнул Женя, но вдруг по голове словно ударили бревном, и он повалился на землю, однако тут же подскочил. Что-то залило глаза, и он смахнул рукой.
— Стой, кому сказал! Стрелять буду!
Своего голоса Женя не услышал. Пассажир убегал все дальше. Снова что-то залило глаза, и вдруг Женя понял, что это кровь.