— Тоже возможно, — отметил Стас. — Спасибо, Павел Филиппович.
«Обращайтесь», — хотел было произнести я, но промолчал. Вместо этого ответил:
— Служу империи, мастер Зимин.
— Империи и императору, — автоматически поправил меня кустодий.
Собеседник завершил вызов, и я положил телефон на стол. Вновь забираться в кровать не имело смысла. Потому я вздохнул и направился в ванную."
"Прохладная вода мигом меня взбодрила, прогоняя остатки сна. Виноградова накануне повесила свежие полотенца, за что я был ей признателен.
Когда зазвонил будильник, я вышел в комнату. Выключил сигнал и направился к шкафу. Сегодня я выбрал темно-синий костюм, с которым отлично сочеталась белоснежная рубашка и полосатый галстук, подаренный Алисой на какой-то праздник. Выглядел я отдохнувшим, и собственное отражение мне улыбнулось.
На кухне уже слышался звон посуды, приглушенный смех Иришки, и смущенный бас Фомы.
— Проснулся? — прозвучал справа голос Виноградовой.
Я сел в кресло и кивнул.
— Хорошо. Завтрак уже почти готов, — отчиталась призрак. — Сейчас уточню, когда его подадут.
Любовь Федоровна улетела на кухню, оставив меня в одиночестве и дав немного времени подумать. Даже утренняя газета осталась лежать на краю стола без внимания.
У меня висят два дела. Надо оказать помощь Медведеву, и снять обвинения с Ильи Литвинова. И лучше сперва заехать в мастерскую, которую упомянул промышленник. Ту, где трудились подпольные работнички. А затем уже спокойно начать решать вопрос дружинника. Тем более, что сейчас он под надежной охраной Сынов.
Размышления прервала Виноградова, которая влетела в гостиную. А перед ней парил поднос с тарелкой под колпаком и исходящий паром чайник с чашкой.
— Завтрак, — сообщила она и поставила блюдо передо мной.
— Да не бойся, не отравленная. Просто Иришка на кухне болтает с котеичем. И он так забавно морщит нос, что просто любо-дорого смотреть. И мне несложно принести завтрак.
— Ну… Спасибо, — поблагодарил я призрака и поднял крышку.
На тарелке лежали свернутые блинчики, внутри которых оказались ягоды земляники со сливками.