Дело спящей красавицы (СИ)

 — Я ознакомился с делом. Скорее всего мы согласимся на мировое.

Динамик некоторое время молчал. А затем Свиридова уточнила:

— В каком смысле «на мировое соглашение»?

— В прямом, — пояснил я. — Ваши требования обоснованы, Медведев нарушил условия договора, и готов возместить ущерб. Может дать честное слово одаренного, что больше таких накладок не выйдет, чтобы сохранить договор с заказчиком.

— Боюсь… — начала было Елена Анатольевна, но я ее перебил:

— Помнится, вы сами ссылались на неписаный кодекс одаренных.

Правила для аристократов и бастардов. Так вот. Это первый проступок моего нанимателя, который не повлек крупного ущерба. Ситуация возникла не по вине Медведева. Материал задержал поставщик. Промышленник раскаялся, признал свою вину, готов принести искренние извинения, возместить убытки, а, значит, имеет право на второй шанс. Так написано в правилах.

— Вы уникальный человек, Павел Филиппович, — после очередного недолгого молчания ответила Елена Анатольевна. — Умеете найти способ решить вопрос без ущерба для своего нанимателя.

— Ну почему без ущерба? — удивился я. — Мой наниматель понесет убытки, и готов пойти на это добровольно, чтобы не отвлекать по пустякам сотрудников Промышленной Палаты от действительно важных дел.

— Хорошо, мастер Чехов, — сухо произнесла адвокатесса. — Буду ждать от вас звонка по поводу мирового соглашения.

— Спасибо за понимание, Елена Анатольевна, — поблагодарил ее я и сбросил вызов.

Убрал телефон в карман и довольно улыбнулся.

Осталось дождаться звонка от Медведева. А пока можно заняться делом пропавшей Софьи Потемкиной.

Я обернулся к стоявшей в нескольких шагах от меня Виноградовой и уточнил:

— Курьер из жандармерии привез бумаги по делу Ильи Литвинова?

Любовь Федоровна сделала вид, что задумалась. А затем произнесла:

— Приходил какой-то пухлый парень. Долго стучал в дверь, но никого дома не было. Он уже хотел было уходить, но потом решил, что будет хорошей идеей заглянуть в окна. Мерзавец полез в кусты шиповника, и я уж решила, что он помнет цветы и испачкает их своей кровью.

Я надеялась, что доставщик оставит пакет на пороге, но наглец и не думал поступать мудро.

— То есть он сам напросился? — упавшим голосом уточнил я.

— Именно, — улыбнулась призрачная дама. — И пришлось ему открыть. Ты же предупреждал, что эти бумаги очень важны.

— И что? — уточнил я, догадываясь о том, что было дальше.

Виноградова пожала плечами:

— Он побледнел и сбежал.