Боль раздирала ее, потуги начались через полчаса после отхождения вод, и Кристоферу пришлось нести ее в машину на руках. Она опять наступила на те же грабли: недооценила, как стремительно у нее проходят роды. Он ехал на предельно допустимой скорости, Гаэль цеплялась за его руку, лицо ее было искажено от боли. Она то и дело принималась кричать, а в редкие минуты просветления хрипло шептала:
— На этот раз все куда хуже… Ну кто сказал, что третьи роды — хорошая идея?..
Ну вот наконец и клиника.
— Я не смогу родить! Сделайте что-нибудь! Мне очень плохо!
Ее срочно повезли в родовой зал, и через мгновение Гаэль завопила:
— Кристофер, я не могу!
А еще через минуту раздался крик: их сын появился на свет. Она не пробыла в клинике и десяти минут, но уже улыбалась, хотя и сквозь слезы.
"— Все, больше никаких детей, — заявил Кристофер и поцеловал спящего младенца.
Все, кто был в родильном зале, рассмеялись, и Гаэль хоть еще и не окончательно пришла в себя, уверила их, что все хорошо и роды были легкими, благословение Господу.
Они назвали малыша Пьером в честь умершего отца Кристофера и дали ему второе имя Рафаэль в честь отца Гаэль.
Дозвониться Доминике Гаэль не смогла, поэтому о рождении Пьера сообщила телеграммой.
Ответ она получила через два дня:
«Поздравляю. Д.».
И все.
У новорожденного проснулся волчий аппетит, и Гаэль приходилось его постоянно кормить. Дафна как раз начала ходить, так что Гаэль крутилась как белка в колесе. Няня уволилась. Кристофер заканчивал работу над очередным фильмом и уже подписал договор на другой для ТВ, так что времени помочь ей почти не оставалось.