Оказывается, в конце балкона есть еще одна дверь, и она открыта.
Небольшой уютный зал тонет в полумраке. Несколько зажженный витых свечей создают интимную атмосферу. На столике сервировано на двоих, а по центру стоит блюдо, укрытое хромированным куполом. И именно оттуда тянется тонкий аромат, вызывающий у меня дрожь в коленях.
Кто-то сегодня кому-то даст.
Здесь явно будет свидание, и я уверена в его итоге.
Надо возвращаться к своим.
Я только понюхаю еще немного. Совсем чуть-чуть. Пока никого нет.
Не помня себя, я делаю несколько шагов внутрь, и слышу, как за моей спиной закрывается дверь.
– Попалась.
Глава 9. Наживка заглочена
Я заполошно оборачиваюсь.
Сердце стучит, как у за руку пойманного на рынке воришки.
И только вид сложившего руки на груди Козырева меня немного приводит в себя.
– Вы меня напугали! Чуть сердце не остановилось! – выдыхаю я, хватаясь за вышеупомянутый орган.
– Я непременно окажу первую помощь. Как насчет прямого массажа? – с усмешкой Влад расплетает руки и, засунув их в карманы джинсов, делает шаг ко мне.
Медленный. Плавный.
И сердечко опять начинает колотиться.
Инстинктивно отступаю назад.
Все-таки он очень крупный мальчик.
Вряд ли Козырев сильно старше меня. Я забыла посмотреть в интернете год его рождения, но что-то около тридцати трех или тридцати четырех. Однако выглядит он внушительно. Особенно сейчас.
Ворот белоснежной рубашки расстегнут, рукава закатаны до локтей, как раз как мне нравится. И да, Левина права. У него татухи на руках.
Он точно повар?
На губах Козырева играет коварная улыбка.
Еще один шаг в мою сторону.
Задавив в себе инстинкт податься в бега, я решаю вести себя как взрослая и стою на месте.
– Я нечаянно сюда попала, позвольте пройти, и я вас оставлю…
– Это не входит в мои планы, Алла Георгиевна, – нагло отвечает Влад и тут же демонстрирует, что в эти планы входит.
Преодолев оставшийся до меня шаг, он подло распускает руки.
Гад!
Я уже успеваю прикрыть глаза в ожидании поцелуя и подбираю слова, которыми его отбрею, а он дует, видите ли! Возмутительно!
– Выпустите меня! – требую я, негодование во мне так и кипит.
Ненавижу оказываться в дурацком положении, а опять оказалась. И опять из-за Козырева.