Костя перебил его:
— Салат, заливное, — он оглядел стол, подсчитывая сидящих, — две бутылки водки и одну муската. Черный или розовый?
— Лучше черный, — сказала Рина.
Он повернулся к Варе.
— А вы?
— Мне все равно.
— Значит, две бутылки водки и одну черного муската. Горячее — запеченный карп.
— Ого! — крякнул Вилли Лонг.
— Костя, не гусарь, — попросил Мирон.
— Я угощаю, — ответил Костя.
— У вас день рождения? — как бы всерьез спросила Варя.
— Да. День рождения. В некотором смысле.
Этот человек идет прямо к цели.
Появился какой-то тип с рожей бандита в отставке, наклонился к Косте, что-то зашептал ему на ухо.
— Нет, — ответил Костя, — на сегодня все.
Тип исчез, растаял в воздухе.
Неожиданно для Вари и незаметно для других Костя взял с ее колен сумочку, сунул туда пачку денег, вполголоса проговорил:
— Чтобы сегодня ее играть.
Варя растерялась. Если он захочет играть, то заберет деньги, не захочет — они могут лежать в его кармане.
Официант ставил вина и закуски. Костя следил за его действиями, как хозяин, любящий хорошо накрытый стол. В «Метрополе» и «Эрмитаже» их компания все время менялась, одни уходили, другие приходили, были разброд и шатание.
Повар в белом фартуке и высоком белом колпаке поднес садок, на дне в сетке трепыхалась живая рыба.
— Как называется эта рыба? — спросил Костя у Вари и предупреждающе поднял палец, чтобы никто не ответил за нее.
— Вы ведь заказывали карпа, — ответила Варя, — он и есть, по-видимому.
— Но какой карп — простой или зеркальный?
— Не знаю.
— Это карп зеркальный, — пояснил Костя, — у него спинка высокая, острая, видите, и чешуя крупная. А у обыкновенного карпа спинка широкая и чешуя мелкая. Понятно?
— Понятно. Спасибо. Теперь я могу поступать в рыбный институт.
Костя кивнул повару, и тот унес рыбу.
— Вы рыболов? — спросила Варя.