— Карина, не забывай: я тоже его люблю. И сделаю все ради него.
Кареглазая брюнетка затихает и тихо благодарит меня.
— Прости. Пожалуйста, прости.
Мне нравилась Карина. Брат привел ее домой около двух месяцев назад, но если бы я только знала, чем все это закончится…
Нас разлучили быстро. Машина резко затормозила у элитной новостройки. Рустам сурово посмотрел на Карину.
— Пошла домой.
Она покорно вышла из машины. Я оглянулась: из второго внедорожника, следующего за нами, вышла охрана. Карина скрылась за подъездной дверью под конвоем.
Я поймала взгляд Рустама и вспомнила, зачем я здесь.
Тело охватила дрожь.
— Страшно оказаться вашей сестрой.
Он смеется. Тихо, хрипло, с надрывом мрачным. И от смеха этого обстановка в машине становится еще более напряженной. У Басманова даже окраска машины под стать его глазам — темного коричневого цвета. И внутри также сурово, несмотря на удобство и комфорт иномарки, которая даже моему брату — владельцу приличной корпорации — была не по карману.
— Еще страшнее оказаться моей женщиной.
Слова, которые вопьются в мой разум навечно.
Вонзятся, оставив след. Огнем еще долго будут шарашить по моему телу.
Рустам давит на газ. Мы срываемся в неизвестность и тормозим у небольшого здания. Внутри он передает меня в руки женщины, которая одевает меня исключительно в то, что нравится дьяволу.
— Платье чтобы закрытое было. Сегодня она женщина моя, а не шлюха.
Наряжает как куклу. Машет рукой — берем или не берем. Укладывает волосы, как хочется ему.
Что задумал этот ненормальный?
— Лицо не красьте.
Рустам смотрит мне прямо в глаза. Я хочу отвести взгляд, но женщина, не задающая лишних вопросов, велела смотреть прямо перед собой — в зеркало. Она завивает волосы.
Басманов меня к брачной ночи готовит, не иначе. И деньги такие же баснословные тратит.
— Поехали, Полина. Нас уже заждались.
Рустам хватает за руку. Собственнически. Насильно вытягивает на воздух. Весенний ветер бьет по ногам, облаченным в тонкие колготки. Длинное платье ниже колен не спасает ситуацию.
— Садись, — велит грозно.
Мы приезжаем на благотворительный вечер. Наверное, ничего удивительного: все криминальные авторитеты вкладывают зеленые бумажки в хорошие дела. Совесть очищают, черные перья от крови чистят.
Но перед вечером в машине мне доходчиво провели инструктаж.
Рустам схватил меня за волосы — почти нежно. Зачем та женщина потратила час на прическу? Чтобы под его кулаком все локоны растрепались…
Басманов приблизился.