Ночной ветер обдувал ее тело, но она не чувствовала холода, тепло изнутри согревало ее полностью, а горящая от многочисленных порок кожа заставляла ощущать постоянные приливы жара.
Сегодня Александр был, как никогда, нежен со своей девочкой. Он осторожно запустил одну руку вниз, медленно пробираясь к ее волшебной точки, которая могла подарить его любовнице неземное наслаждение. Диана, наслаждаясь его нежными прикосновениями, быстро задышала и заработала языком еще активнее, лаская его рот, и чувствуя, как улетает и отключается от этого мира.
Мужчина гладил ее клитор, перебирая его пальцами, словно тонкие нити, Диана снова обратила внимание, что сегодня он особенно нежен, и она даже не предполагала, что он умеет быть таким искусным в ласках. Он целовал ее шею, медленно спускаясь к груди. Диана почувствовала, как его разгоряченный инструмент все больше и больше упирается в ее бедра.
– Сожми ноги, малышка! Посильнее, еще сильнее! – застонал Александр, и Диана почувствовала, как он дрожит всем телом от нетерпения. Она сжала ноги, затем еще сильнее, в какой-то момент мужчина застонал и она испугалась, что сделала ему больно.
– Все хорошо, не разжимай! Сдави его, как можно сильнее! – мужчина зажмурился и чуть приподнявшись над Дианой, стал делать поступательные движения.
“Сколько же всего я еще не знаю и сколько еще предстоит узнать! Хорошо, что мой хозяин такой заботливый и такой щедрый до знаний, он меня многому научит и поможет полностью очиститься от негатива и скверны!” – счастливая Диана не могла сдержать слез от наплывающего чувства благоговения перед этим удивительным человеком, которого она безмерно любила. Любила так сильно, что готова была умереть за него.
Поймав его ритм, Диана набралась смелости и попыталась двигаться навстречу, но Александр прервал ее попытки, прошептав, что ее задача просто лежать и стараться сжимать ноги, как можно сильнее.
Диана сжимала ноги, чувствуя, как причиняет боль своему хозяину и ощущала, как он стонет. Ее молодое тело было уже возбуждено до предела. Его плоть скользила по ее промежности, доставляя невообразимые и неведомые до этого ощущения.