Девушка с Косой

А её жизнь точно стоит дороже моего желания быть самостоятельным. Может, еще удастся уговорить тётю оставить нас в паре…

За этими мыслями я даже не сразу осознал, что моя Мастер резко и категорично отказалась от помощи, а в ее душе прямо таки взметнулся гейзер горечи, отрицания и твердой, как скала, убежденности, что больше никто и никогда не будет решать за нее. Кроме того, кому она сама доверилась…

Карточка стажера не стала нашим спасением, нет. Но она давала нам время и возможность обдумать ситуацию более тщательно и решить ее… вдвоём.

Неделю, вряд ли больше.

Я настолько ушёл в себя, что не сразу заметил, как Гейр «постучался» ко мне в мысли:

«Покажи координаты» — как всегда сухо и по делу, но в этот раз он отступился от собственных же традиций: — «В семье неспокойно. Наша Мастер слишком честна и прямолинейна, к тому же, много времени уделяет охоте и не интересуется внутриклановыми играми. Она плохо разбирается в политике. Возможно… тебе лучше не возвращаться и попробовать жить без поводка». Лицо его осталось непроницаемым, но мысленно я чувствовал подбадривающую улыбку.

Гейр… он мне отца заменил. Ведь хоть и выглядит этот истукан еще молодым парнем, ему уже за тысячелетие наберется, как и его Мастеру.

Глава 20

А потом мы с Ириной как-то внезапно остались одни… в своей норе. С минуту мы просто стояли недалеко от порога, приходя в себя, а через пару мгновений Мастер порывисто обернулась, обняла меня поперек груди и уткнулась в меня носом. Потом подняла на меня голову и… улыбнулась. Хотя я чувствовал, что ей совсем не весело, а все так же страшно и непонятно, но улыбка тоже была настоящая и искренняя… вот как так? Женщины…

— Эй, там, Мишка на Севере… не спи, замерзнешь! Что делать будем?

— Я… пока не знаю.

Смотря какой путь мы выберем, — я обнял ее в ответ и замотал я головой, но тут же почему-то переспросил: — Почему на севере? И почему медведь?

— Конфета такая есть. Я ее с детства больше всех люблю, и она здорово помогает, когда все совсем плохо, — Ирина вдруг смешно, как шуршик, облизнулась, отпустила меня и прямо в ботинках прошагала к кухонному уголку.

— Вот, на… как раз две последние. Съешь и решение само найдется, примета такая! — она вручила мне большую шоколадную конфету, на обертке которой был нарисован странный белый зверь во льдах. — Ты у меня тоже Мик. Мишка. Лекарство от всех проблем…

Я повертел лакомство в руках, не совсем понимая, как обычная сладость может решить проблемы, но всё же аккуратно раскрыл шелестящую обертку.