Где эфира много, там Таланты у детей сильнее получаются, там опричники мощнее, там всякие магические амулеты можно проще делать. Для большинства дворян твоя должность ничего не значит, но для глав родов ты необходимый человек. Погоди, пройдёт месяц-другой — к тебе начнут искать подходы большие люди. Дабы ты одним убавил, другим подрезал. Будут борзых щенков или девок красивых дарить.
Она подмигнула и расхохоталась.
— Что одно, что другое — мне без надобности. А деньгами взять можно? Почём нынче услуги хранителя Ключ-камня?
Я на секунду задумался и предложил:
— Марья Алексевна, а давайте вы этим займётесь?
— Чем?
— Общением с вашими «большими людьми».
Теперь пришла очередь княгини сделать паузу для размышления. Она пожевала губами, покачала головой и допила чашку чая.
— А знаешь, пожалуй, я соглашусь. И мне позабавиться, и тебя старичьё не будет отвлекать.
— Замечательно!
— Кстати, Костя, а ты про себя-то не забыл?
— В каком смысле?
— Забыл, значит. Придётся тебе в Москву съездить и поток эфира в Злобино побольше направить. А заодно и в княжество Алеутское, чтобы опричникам твоим вольготнее колдовать было.
Я встал, поклонился ей и поцеловал сухую старческую руку. Права княгиня, ой как права! Если уж я могу пользоваться Ключ-камнем, то просто обязан направить поток на Алеутщину.
— Что я без вас делал бы, Марья Алексевна!
Она улыбнулась, довольная произведённым эффектом.
— Продолжай, что там дальше было.
Глава 18
Текущие вопросы
— Ты смотри, цвергская душа, жил плохо, а умереть смог достойно, — прокомментировала смерть императора Марья Алексевна. — Видать, кровь Петра всё ж таки была в нём.
А вот про Ивана Антоновича я не стал сообщать княгине всю правду. Только упомянул вскользь, что тот умер во время штурма Зимнего дворца.
— Господь с этим блаженным, — нетерпеливо махнула рукой Марья Алексевна, — ты к самому интересному переходи. Чем тебя Катька отблагодарила?
В общих чертах я уже рассказывал всем о чинах и наградах, но княгине хотелось ещё раз послушать и высказать своё мнение.
— Прижимистая, как все цверги, — поморщилась она, услышав о векселе на сто тысяч и чине генерал-майора, — могла бы и чин выше дать, и денег побольше.