Понимающая улыбка Кэма и раздосадовала, и утешила ее.
– Терпение, – мягко посоветовал он и вышел, оставив ее созерцать вращающуюся фишку, пока та не замерла на столе.
Глава 14
Эви была рада бурной деятельности, развернувшейся в клубе в течение следующих двух недель. Это помогало ей отвлечься от горя. Когда она сказала Себастьяну, что хочет быть полезной, он туг же направил ее в контору, где беспорядочно громоздились учетные книги и стопки нераспечатанной корреспонденции. Ей также приходилось давать указания малярам, плотникам, декораторам и каменщикам.
Тут будет реклама 1
Еще совсем недавно подобная ответственность ужаснула бы Эви. Поначалу общение с таким количеством незнакомых людей требовало от нее нервов и усилий, и первые несколько дней ей пришлось бороться с заиканием. Однако чем чаще она это делала, тем легче ей становилось. Помогло и то, что рабочие слушали ее со смесью терпения и почтения, чего она раньше не удостаивалась.
Первое, что сделал Себастьян после похорон Айво Дженнера, – это организовал встречу с комиссаром полиции в связи с недавним ужесточением законов, касающихся игорного бизнеса.
Тут будет реклама 2
Со свойственным ему даром убеждения Себастьян доказал, что клуб Дженнера является общественным учреждением, а не просто игорным заведением. А следовательно, не должен подвергаться полицейским проверкам и облавам, поскольку его члены, как заявил Себастьян с самым серьезным видом, являются «весьма достойными людьми».
Тут будет реклама 3
Не устояв перед доводами виконта, комиссар пообещал воздерживаться от проверок при условии, что клуб будет поддерживать респектабельный облик.
Узнав об успехе Себастьяна, Кэм восхищенно заметил:
– Чистая работа, милорд. Я начинаю думать, что вы способны убедить кого угодно и в чем угодно.
Себастьян усмехнулся и взглянул на Эви, сидевшую рядом.
– Полагаю, леди Сент-Винсент является живым свидетельством тому.
Складывалось впечатление, что Себастьян и Кэм заключили временный союз, направленный на то, чтобы снова поставить клуб на ноги.
Тут будет реклама 4
Их отношения нельзя было назвать дружескими, но они определенно не испытывали неприязни друг к другу. Кэм, судя по всему, признал организаторские способности Себастьяна, столь необходимые в дни, последовавшие за кончиной Айво Дженнера. Себастьян, в свою очередь, перестал изображать праздное высокомерие и взялся за руководство клубом с властной решимостью.
