Он доверил ей свое сердце – бесценный дар, который она никогда не предаст. В порыве облегчения и нежности она крепко стиснула его в объятиях. По ее щеке скатилась одинокая слезинка, и Себастьян утер ее кончиками пальцев. От его сверкающего взгляда у нее перехватило дыхание.
– Пожалуй, – произнес он нетвердым тоном, – насчет бильярдной ты права.
Эви улыбнулась, а он подхватил ее на руки и понес к кровати.
Эпилог
Зима подходила к концу. Траур Эви совпал с беременностью Аннабеллы, и они проводили много времени вместе.
Как-то в полдень вся компания собралась у Уэстклиффов.
– О, как приятно! И почему никто не предупредил меня, что от беременности опухают ноги? Впрочем, этого следовало ожидать, учитывая, какую тяжесть им приходится носить.
Из угла донесся ироничный голос Лилиан:
– Мне она говорила то же самое, Эви, когда я в последний раз растирала ей ноги. Ее привязанность длится только до очередного массажа. Признайся, Аннабелла, ты легкомысленная вертушка.
Аннабелла лениво усмехнулась:"
"– Подожди, пока ты сама забеременеешь, дорогая. Ты будешь признательна каждому, кто согласится помассировать тебе ноги.
Лилиан открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала и сделала глоток из бокала с вином.
Не отрывая глаз от романа, Дейзи предложила:
– Почему бы тебе не сказать им?
Аннабелла и Эви дружно повернули головы, уставившись на Лилиан.
– Что сказать? – произнесли они хором.
Лилиан неопределенно пожала плечами и смущенно усмехнулась, глядя на подруг.
– К середине лета Уэстклифф обзаведется наследником.
– При условии, что это будет мальчик, – заметила Дейзи.