– Ревнуешь? – тихо спросил он, увлекая её в нишу в стене коридора.
– Немного, – призналась она.
– А что насчёт Эдварда Ларсона? Разве вы не помолвлены?
– Нет.
– Нет? – язвительно переспросил он. – Я предполагал, что ты уже поймала его на крючок.
Фиби нахмурилась, услышав вульгарное выражение.
– Я не собираюсь выходить замуж за Эдварда. Он всегда будет хорошим другом, но... не более того.
Лицо Уэста оставалось непроницаемым.
– Ты ему говорила?
– Пока нет. Он уехал в путешествие по Италии, как минимум, на две недели.
Фиби с сожалением отметила, что Уэста не особо порадовало это открытие.
– Фиби... Я здесь не для того, чтобы воспользоваться ситуацией. Я всего лишь хочу помочь с поместьем.
От этих слов у неё неприятно кольнуло в груди. Он серьёзно? Это всё, чего он хотел? Возможно, как она и боялась, её чувства не были взаимны. С трудом Фиби заставила себя задать вопрос:
– Те слова, которые ты сказал мне в то утро... они всё ещё в силе?
– Всё ещё в силе... – медленно повторил Уэст, изумлённо качая головой.
– Нет необходимости довольствоваться мечтами, – импульсивно сказала Фиби. – Пусть ты не хочешь быть со мной вечно, но мы можем...
– Нет. – Дыхание Уэста участилось, несмотря на все усилия держать его под контролем. Когда она попыталась что-то сказать, он поднял руку, и её воспламенила лёгкая дрожь в его пальцах. – Если ты возлагаешь ошибочные надежды на утехи в постели, то найдёшь их весьма посредственными.
Фиби встала на цыпочки и, настойчиво прижавшись к нему, прервала речь поцелуем. Уэст вздрогнул, словно ошпаренный, и замер, будто пытаясь выдержать пытку.