– Его репутация безвозвратно запятнана. Он - пьяница. Развратник.
– Ты ничего не знаешь ни о нём самом, ни о том, что он из себя представляет, – потеряв терпение, ответила Фиби – Давай не будем обсуждать его, Эдвард, есть гораздо более важные для нас темы.
– Я встретил его однажды на званом вечере. И он вёл себя крайне неприлично. Шатался по дому пьяный, тискал женщин и флиртовал с замужними дамами, оскорбляя всех вокруг себя. Более вульгарного, презрительного зрелища я никогда не видел в своей жизни.
– Эдвард, достаточно. Он уехал, и всё кончено. Пожалуйста, послушай меня..."
"– Он, может, и уехал, но ущерб уже нанесён. Ты слишком простодушна, моя невинная Фиби, и не понимаешь какому риску себя подвергла, разрешив ему здесь остаться. Люди, наверное, уже начали разносить слухи, истолковав произошедшее в дурном свете. – Он взял её онемевшие руки в свои. – Нам придётся пожениться без промедления.
– Эдвард.
– Это единственный способ предотвратить последствия и не дать погубить твою репутацию.
– Эдвард, – резко вставила она. – Я знаю о Рут Пэррис и маленьком Генри.
Побледнев, он посмотрел на неё.
– Я знаю о доме, – продолжила Фиби, осторожно высвобождая руки из его хватки, – и о том, что ты купил его на деньги, полученные в кредит.
Его глаза расширились от ужаса. Он выглядел, как человек, чей самый страшный секрет вскрылся. Напускное благородство дало трещину.
– Как... кто тебе сказал? Здесь замешан Рэвенел, так ведь? Он пытается настроить тебя против меня. Хочет заполучить тебя сам!
– Мистер Рэвенел здесь не причём! – воскликнула она. – Речь о тебе и твоей... Не знаю, как её назвать. Твоей содержанке.
Он беспомощно покачал головой, поднялся с дивана и принялся ходить по кругу.
– Ты просто мало знаешь о мужчинах и о том, как устроен мир. Я постараюсь объяснить так, чтобы ты всё поняла.
Она нахмурилась, и не вставая, наблюдала за его нервными метаниями по гостиной.
– Насколько я понимаю, ты занял деньги под залог наследства моего сына, чтобы обустроить жилище для молодой женщины.
– То не было воровством. Я намеревался всё вернуть.
Фиби бросила на него укоризненный взгляд.
– А если бы мы поженились, деньги и так стали бы твоими.
– Ты меня оскорбляешь, – сказал он, и его лицо болезненно исказилось. – Ты пытаешься сделать из меня злодея наподобие Уэста Рэвенела.