По иронии судьбы, он выглядел свежим и отдохнувшим, хотя обычно не вставал в столь ранний час, в то время как Уэст чувствовал себя усталым и раздражённым.
Старший брат оторвал взгляд от своих записей и улыбнулся.
– Доброе утро.
– Ты чему так чертовски рад?
Уэст подошёл к буфету и налил себе кофе из дымящегося серебряного кофейника.
– После сегодняшнего дня только Кассандра останется незамужней.
Не так давно Девон неожиданно унаследовал полуразрушенное поместье, чьи финансы находились в полном беспорядке, а также обзавёлся ответственностью за благополучие двухсот арендаторов, штата из пятидесяти стареющих слуг и трёх молодых, не от мира сего, сестёр Рэвенел.
Однако по причинам, которые Уэст никогда до конца не поймёт, Девон взвалил на себя это непосильное бремя. Упорным трудом и с некоторой долей удачи, ему удалось остановить общий упадок.
– Ты уже два года заботишься об этих девушках, – сказал Уэст. – Больше, чем их отец и брат вместе взятые. И ты прекрасно справляешься с задачей, Девон.
– Как и ты.
Уэст весело фыркнул в ответ.
– Именно я предложил тебе умыть руки и удалиться.
– Но ты же всё равно согласился помочь. Ты выполнял самую изнурительную работу, которую больше на себя никто не взял, в том числе и я. Могу поспорить, что твой вклад в спасение поместья оказался самым существенным.
– Боже. Давай не будем предавать чересчур много значения не самому компетентному управлению земельными ресурсами.
– Земля и есть самое ценное имущество.
– И они брыкались и кричали на протяжении всего пути, – сухо добавил Уэст. Он уселся рядом с братом и глянул на записи. – Сломанную скамью в часовне починили, можешь вычеркнуть её из списка. Бочонок икры прибыл вчера. Он в леднике.