К удивлению Фиби, её сын тут же обнял его за шею.
– Снопы загружаются сюда, – объяснил Рэвенел, подходя к задней части машины и указывая на огромный горизонтальный цилиндр. – Внутри колотушки отделяют зерно от соломы. Затем солома поднимается по этому конвейеру и попадает на телегу или в стог. Пшеница проходит через ряд просеивателей и воздуходувов и выводится оттуда, – он указал на выгрузную трубу, – уже готовая к продаже.
Все ещё держа Джастина на руках, мистер Рэвенел подошёл к механизму, стоявшему рядом с молотилкой, большому двигателю с котлом, дымовой коробкой и цилиндрами, закреплёнными на платформе на колёсах.
– Этот тягач тащит молотилку и обеспечивает энергией.
Себастьян подошёл поближе, чтобы получше рассмотреть тягач, и провёл большим пальцем по клёпаным стыкам металлической обшивки котла.
– ""Консолидейтид Локомотив"", – пробормотал он, прочитав заводское клеймо. – Я знаком с владельцем.
– Хороший двигатель, – сказал мистер Рэвенел, – но вы можете ему передать, что сифоны в устройстве для подачи смазки никуда не годятся.
– Можете сказать ему сами. Он один из гостей на свадьбе.
Мистер Рэвенел ухмыльнулся.
– Я знаю. Но будь я проклят, если оскорблю тягач Саймона Ханта в личном с ним разговоре. Это разрушит шансы получить скидку в будущем.
Себастьян беспечно и звучно рассмеялся, как позволял себе только в кругу семьи или ближайших друзей. Не было никакого сомнения, что ему понравился дерзкий молодой человек, который явно его не боялся.
Фиби нахмурилась при употреблении ругательства в присутствии Джастина, но ничего не сказала.
– Откуда тягач знает, куда ехать? – спросил Джастин мистера Рэвенела.
– Вот здесь сидит человек и управляет рулевой колонкой.
– Длинной палкой с ручкой?
– Да, ею.
Они присели на корточки, чтобы посмотреть на блок шестерёнок, ведущих к колёсам, их тёмные головы близко склонились друг к другу. Джастина заворожило устройство, но ещё больше мужчина, который объяснял ему принцип его работы.
"Фиби неохотно признала, что Джастин нуждается в отце. Времени, которое могли уделить ему дедушка и дяди, было недостаточно. Её огорчало, что сыновья не запомнили Генри. Она иногда фантазировала, как он идёт по цветущему весеннему саду с двумя мальчиками, останавливаясь, чтобы осмотреть птичье гнездо или полюбоваться бабочкой, просушивающей крылышки.