— И что, все они оказались в одном пансионате? Все свидетели убийства?
— Да, фигня получается, — признал муж. — Тогда остается только одно: часть историй написана для отвлечения, просто так. А одна должна быть связана с последней. И в ней, по всей видимости, описан человек, знающий о преступлении.
— Тогда получается, что мне нужно выяснить… — начала Даша.
— Тебе нужно выяснить, в какой именно истории описан реальный человек, которого ты знаешь. А ты должна его знать, потому что Боровицкий явно не просто так знакомил тебя со всеми.
— Значит, — с нескрываемым сарказмом произнесла Даша, — мне нужно всего лишь узнать у каждого всякие мелочи из биографии. Подходить к ним и спрашивать: простите, у вас родственники не погибали в автомобильной катастрофе? А старушку вы не хотели придушить? Что у нас там еще… — Она заглянула в записи. — Да, вот: соседка никогда мужа у вас не пыталась отбить? Так, глядишь, что-нибудь и выяснится.
Максим воодушевился:"
"— Вот и я предлагаю: давай бросим эту бредовую затею, пока не поздно, а? Это же и в самом деле нелепо и невыполнимо! Ты только время зря потратишь.
Даша аккуратно сложила листки в стопочку, а потом посмотрела на мужа.
— Завтра попробую поговорить с Красницкой, — сообщила она как ни в чем не бывало. — Она все-таки куда приятнее бывшей балерины Окуневой.
Максим встал с дивана и пошел на кухню. Через минуту оттуда донесся его голос:
— Кстати, не забудь — Боровицкий тебя не только с дамами знакомил. Но и с джентльменами.
— Но в историях-то описаны женщины, — заметила Даша.
— А ты перечитай их внимательно, — посоветовал Максим, появляясь в дверях. — Или мужья у нас нынче за людей не считаются? Так что выяснять подробности биографии нужно не только у старушек, но и у стариков.
Даша вздохнула и отправилась собирать сумку на завтрашний день.
На ее счастье, божий одуванчик Римма Сергеевна встретилась ей почти у входа в пансионат. Красницкая бросилась к Даше как к старой подруге и, утирая слезы, начала рассказывать о смерти Уденич.
— Зачем ей понадобилось ночью выходить на улицу? — недоумевала Красницкая. — Вы только подумайте, Дашенька — октябрь, холодно, промозгло… А Ирина Федотовна в ночной рубашке отправляется гулять! Ну не странно ли?
Даша предположила, что Уденич услышала что-то необычное, но Красницкая не стала развивать тему. И Дашины намеки на то, что сердечный приступ у той случился не просто так, тоже пропустила мимо ушей. Тогда Даша решила зайти с другой стороны.