— Вы, простите, чем занимаетесь?
— Сейчас как раз тем, что дописываю книгу Петра Васильевича, — не моргнув, сообщила Даша, глядя прямо в глаза управляющей. — Мне, конечно, неудобно просить вас о таком большом одолжении, но Петр Васильевич всегда рассказывал о вашей отзывчивости…
Раева чуть отвернулась от Даши и посмотрела на пациентов, прогуливавшихся по дорожкам."
"— Конечно, если сами пациенты будут против… — добавила Даша, теряя всю свою уверенность от молчания этой элегантной женщины. — Но я надеюсь, что… в общем, мне нужно совсем немного времени…
Она умолкла и уже собиралась полностью признать свое поражение, когда Раева заговорила, по-прежнему не глядя на нее:
— Если так хотел Боровицкий, то не вижу причин вам отказывать.
— Разумеется! — обрадованно закивала Даша. — Спасибо вам большое!
Раева постояла еще некоторое время, словно собиралась сказать что-то, но просто отошла к будке охранника.
Даша посмотрела ей вслед, вздохнула и ступила на территорию пансионата.
Уже стоя около аккуратной скамейки под навесом, она сообразила, что у нее нет никакого плана. То есть общие его очертания имелись — побеседовать с теми людьми, с которыми общался Боровицкий, но она понятия не имела, с чего начать. Даша оглядывалась по сторонам в надежде заметить хоть одно знакомое лицо, но вдоль дорожек бродили безучастные старики, не обращавшие на нее ни малейшего внимания, а около здания никого не было видно.
Желание разговаривать с кем-либо, вспоминать Петра Васильевича улетучивалось у Даши тем быстрее, чем ближе к ней подходила эта пугающая ее женщина.
— Вы что, кого-то ищете?
— Вообще-то ищу, — осторожно ответила Даша.
— Меня? — напрямую спросила Уденич, тяжело опускаясь на скамейку и силой усаживая Дашу рядом с собой. — Я так и думала, что вы меня будете искать.