Дом у воды

 — Единственная на веки вечные!»

И поймав нетерпеливый взгляд Ланы, заметил примирительно:

— Осталось только веревку раздобыть и попробовать подлезть к окну. Или… — он серьезно посмотрел на Эжена. — Я тебя подниму как можно выше, а ты поговоришь с Пахомовым.

— Классная идея, — глаза мальчика сверкнули радостно. — А вы мне нравитесь, — воскликнул он громко. — И Олеся рассказывала, какой вы хороший.

— Эжен, — строго предупредила Света и добавила что-то на французском.

— Ладно, — усмехнувшись бросил Сеня. — Давайте попробуем.

 — А потом, глянув на Свету, осведомился грозно: — Ты замерзла?

— Это нервное, сейчас пройдет, — отмахнулась она. — И есть хочется.

— Я тоже всегда есть хочу, — хмыкнул Гаранин, кивая на ее живот. — Мой сын — и этим все сказано.

Он накинул ей на плечи пиджак и велел Олеське:

— Поиграйте в обнимашки, а мы пока с Женькой найдем способ позвонить.

Дети кивнули, и Олеська бросилась к Свете. Обняла ее, забравшись под пиджак, а Эжен принялся стаскивать спортивную куртку, чтобы ничто не стесняло движения.

Гаранин обошел усыпальницу в поисках хоть какой-то веревки. «Зацепить бы ее за флагшток, а потом бы мальчишка смог бы подтянуться, а я бы удержал», — размышлял он про себя, продолжая искать. Но бесполезно!

— Бери сразу телефон в зубы, — скомандовал Гаранин. — Я подниму тебя, на сколько смогу, а потом ты аккуратно вскарабкаешься по стене, а я буду страховать. Станешь мне на плечи, одной рукой схватишься за флагшток или за подоконник, понял?

— Конечно, — махнул рукой мальчик, и Арсений заметил у него на руке витой веревочный браслет.

Старый, потрепанный, с навешанными миниатюрными болидами.

— Откуда он у тебя? — осведомился Гаранин угрюмо. — Интересная вещица.

— Это папин, — пробурчал Эжен, глотая слезы. — Я ношу его не снимая. Нашел в папиных вещах уже после автокатастрофы. Привесил его любимые болиды.

— Это паракорд, малыш, — улыбнулся Арсений. — Твой папа нам сейчас и поможет.

— Что? — насторожилась Света. — При чем тут Люсьен? Зачем ты расстраиваешь ребенка?

— Милая, — аккуратно заметил Арсений, понимая, что нужно подробно объяснять.

«А то спал на могилке невинно убиенного папаши, теперь предложу распустить амулетик от погибшего мужа. Самодур и валенок», — хмыкнул про себя Арсений, а вслух принялся обстоятельно излагать:

— У Женьки на руке браслет выживания, милая. Специальным образом сплетенная веревка. И сама веревка не простая. Это паракорд. Из него делают стропы парашюта. Он выдерживает вес нескольких человек.