Поняв, что Дореченцев не собирается её раскладывать прямо у столешницы, немного успокоилась.
Он услышал её.
Более ей и не требовалось.
Грязно выругавшись, чем немало удивил Кристину, Семен прошёл к дивану и шумно опустился на него. Вытянул ноги, руки закинул за голову.
— И о чем конкретно ты хочешь поговорить? — в его голосе снова послышалась насмешка.
Хорошо, что Кристина стояла к нему спиной — на её лице отразилось отчаяние.
Она понимала, что идет вразрез со своими личными принципами, что ей не следует уговаривать мужчину, напротив, надо выпустить когти и вцепиться в его красивое самодовольное лицо.
Она выбрала путь компромисса. Для кого-то этот путь и не делает чести, но она устала воевать."
"— Обо мне. О тебе и вашей договоренности с Арманом. О том, для чего тебе она нужна была. О словах, что ты бросаешь в минуты страсти… Что не отпустишь меня и что я твоя.
Губы Дореченцева растянулись в холодную улыбку, более походившую на оскал.
Да что с ним происходит?
— Знаю, — огрызнулся Семен, отчего Кристина вздрогнула. Он разговаривал с ней по-разному, очень мало — приветливо, но чтобы в таком тоне… с такой злобой… Кристине показалось, что её ударили наотмашь.
Все благие намерения о компромиссе и примирении испарились.
— И молчал? Ты до сих пор молчал? — она положила руку на горло.
— А что я должен был говорить, девочка? Что был в придорожном отеле, где мой лучший друг лишил тебя невинности? Что я пропах запахом вашей страсти и что этот долбанный запах навсегда въелся мне в мозг?
Если Кристина думала, что познала все грани его ярости, она ошиблась.
Сильно ошиблась.
Если бы можно было убивать взглядом, она бы сейчас лежала на полу мертвой.
Кристина растерянно моргнула, напрочь забыв про кофе. Удушающая волна чужой ненависти парализовала тело.
— Но как… — только и смогла проблеять она.
— Как? — продолжил плескаться яростью Дореченцев, даже не меняя позы. — Серега вышел из номера, пошёл вам за завтраком, ты в это время уехала с кем-то, и Серый, чтобы удостовериться, что тебя не увезли силой, привез меня в отель. Знаешь, Кристина, это было очень мило. И познавательно.
У Кристины от его признаний поплыло перед глазами, и, чтобы не потерять сознание, она с силой вжалась в столешницу.