Шли года, и как-то, когда они были на отдыхе в Таиланде, выдалось несколько свободных деньков. Даже не так. Семен заключил свой первый крупный контракт, суливший ему существенную прибыль, и Серый уговорил его это дело отметить.
— Хватит работать! Правда, Сёма, хорош! Поехали куда-нибудь оторвемся?
Семен, скрепя сердцем, согласился.
В самолете он задремал, а когда проснулся, то, не без удивления, увидел, что его друг сидит рядом и быстрыми движениями рисует что-то черно-графитным карандашом на неизвестно, откуда взятом листе бумаги.
— Ты не брался за карандаш черт знает сколько времени, — лениво заметил Семен, наблюдая за сосредоточенными движениями друга.
— Что верно, то верно. Лет десять, а то и больше. Сейчас вот что-то нашло.
Семен попросил ещё выпить.
Заметив, что у друга выходит портрет, поинтересовался:
— Кого рисуешь?
Серый ответил не сразу, и его пауза сделала дополнительный акцент на важности изображенного.
— Помнишь ту девочку?
Семену не потребовалось уточнять, кого именно Серый имел в виду под «той».
Внутри неприятно заныло, точно упоминание о неизвестной девочке каким-то образом касалось и его.
— Припоминаю, — стараясь казаться равнодушным, бросил Семен, откидываясь на спинку кресла и прилагая усилия, чтобы не выхватить у Сергея листок с черно-белым изображением.
— Вот и я, мля, припоминаю, — выругался Серый, с долей ожесточения заканчивая портрет.
Признание друга полоснуло по сердцу Семена. У того понятно, а он-то почему испытывает некую неприятную гамму чувств? Откуда она у него взялась? Где истоки? В запахе неизвестной девчонки?
Чувствуя, как в нем забурлила злость, Семен выхватил листок у Серого.
— Дай хотя бы взгляну на твою зазнобу.
— Была бы моя…
Семену показалось или в голосе друга проскользнула тоска?
Да что ж такое происходит?"
"Почему у двух взрослых мужиков сносит крышу от неизвестной девчонки, что пронеслась в их жизни легкомысленным ветром и исчезла? У них обоих было столько баб, что они сбились бы со счета, если бы таковой вели.