Пусть даже между нами просто секс был, без продолжения. Не стоило нам. Просто не стоило.
Отправляю в бан его номер. Вновь выключаю на телефоне звонки от неизвестных абонентов. Все, снова тот самый информационный вакуум, в котором я существовала последние два года. Привычно. Безопасно.
Вот только в этот раз в тишине отсидеться не получается.
Глава 21
Понедельник и вторник проходят в обычном режиме. Я остаюсь верна принятому решению, чувствую себя сильной, мудрой и взрослой.
В среду мы болтаем с Матвеем о современной и непростой жизни.
– Я вас сейчас просто тресну шваброй, – шиплю наконец сквозь зубы, переходя на «вы», как всегда делаю, когда хочу привести ученика в чувство и настроить на работу.
К каждому подростку нужен свой подход. Скажи я такое Юлечке – она бы расплакалась. А этому можно и пожестче.
– Не врубаюсь я, Диана Романовна! – бурчит Мот, откинувшись на спинку стула так, что чуть не падает. Руки на груди скрещивает. – Вам следует отказаться от работы со мной, толку не будет.
– Это еще почему? – изгибаю бровь.
И получаю прямой ответ:
– А я тупой.
– Вот оно что. – Я кладу ладони на стол и прищуриваюсь.
– Айкью как температура тела, – продолжает Матвей с вызовом.
– В Кельвинах? – спрашиваю флегматично, перекладывая перед ним листы с задачами.
Матвей замирает, шестеренки шевелятся, ага. Хмыкает. Нейтрально, но с оттенком одобрения. А потом широко улыбается и тычет в меня пальцем:
– Подловили, Диана Романовна.
Я же… застываю и слабо улыбаюсь в ответ. Хотела бы веселее, ярче, но не получается!
Чувствую боль в груди. Внезапную и острую. Совершенно непрошеную! Словно меня, бабочку, на спицу насадили еще в прошлую пятницу.
Они с братом внешне мало похожи, но мимика!..
Слов нет. Просто. Нет. Слов!
Я и раньше улавливала какие-то жесты, знакомые интонации. То в одном брате, то в другом. Сейчас же… стопроцентное попадание в мое страдающее сердце.
У Матвея та же самая десятибалльная улыбка. Хитрый, но располагающий взгляд. Прицельный, гипнотизирующий.
Быстро опускаю глаза, смутившись.