Хук снова взялся за ложку, с интересом наблюдая, как избиение связанного немолодого пленника превращается в дикий фарс. Избиваемый не лежал, как положено, пытаясь прикрыть локтями и коленями наиболее чувствительные места, а с рычанием катался по земле, стараясь дотянуться до своих мучителей. И сколько его не били, казалось совершенно не обращал внимания на боль.
— Хватит, — негромко скомандовал Хук, откладывая пустую миску.
Тяжело дыша, Коготь с напарником отступили от грязного рычащего зверя, в которого превратился пленник.
— Ну что, вспомнил свое имя или приступ слабоумия продолжается? — тут же прохрипел Буль, с вызовом задирая голову.
— Вспомнил, — спокойно ответил Хук, как бы признавая, что избиение пленника ничего толком не изменило. — Меня зовут Хук, и я со своими людьми пришел к тебе в гости.
— Да на кой хрен мне такие гости нужны? — риторически осведомился Буль и сплюнул кровавую слюну.
— А то что? — издевательски спросил Коготь. — Караульный взвод позовешь? Слышь, Хук, он нас по дороге караульным взводом пугал!
Хук недовольно посмотрел на Когтя, потом перевел взгляд на Ганса и едва заметного качнул головой.
— Не мешай командиру вести допрос, — тихо сказал Ганс Когтю. — Пойди поешь да людей своих проверь.
— Крот, не надо ломать комедию, — миролюбиво сказал Хук.
— Хренофактов, — тут же сказал Буль. — Так и быть, одолжу парочку, чтоб на могилку твою положили.
— Ты напрасно упрямишься и ведешь так себя вызывающе, — спокойно продолжал Хук. — Ты здесь один и ничего сделать не можешь. Никто к тебе на помощь не придет — на много километров здесь ни единой живой души. Но ты можешь купить свою свободу и спокойную жизнь за ненужный тебе хлам.
"Один из людей Когтя принес и сложил горкой у ног Хука автомат, два запасных магазина, гранату, складной нож, флягу и, похожий на спичечный коробок, серый пульт радиовзрывателя.