К тому же, он был наставником двух старших принцев. И хотя старый граф уже отошел от дел, он по-прежнему весьма влиятельное лицо. А его земли охраняются не хуже государственных границ.
Алесия ненадолго задумалась. Богатый. Влиятельный. Да еще и сосед. Насколько реально переманить его на свою сторону? Был бы неплохой противовес на случай войны с мужем.
— Он хороший человек?
— Справедливый. И свято чтит закон.
Служанки, тем временем, закончили накрывать на стол и удалились, оставив брата с сестрой одних.
Алес по привычке осмотрела еду.
— Никогда не понимал тех, кто добавляет в еду траву. — поддел ее парень, убедившись, что в его тарелке ничего подобного нет.
— Это не трава, а горчица и базилик. Между прочим, из моего поместья.
— Все равно гадость. Как и горькая пшеница.
— И крестьянские щи?
— Про них даже не напоминай!
Одновременно фыркнув, они принялись за еду. Лайон, между делом, делился новостями из столицы. Лавочник, которого он когда-то сманил у барона Кьярти, жаловался, что никак не может выйти на прежний доход. Вроде и место хорошее, и люди идут, а все не так, как прежде.
Алесия сочувственно кивнула. Хотя… Был бы тот лавочник в свое время повежливее, она бы с радостью сбывала через него пятнашки, или рюкзаки.
Про виконта Сомертона брат тоже упомянул. Мол, сразу после рубежа юности граф-отец отправил его за границу, набираться ума. Набрался виконт ума или нет — судить сложно. Но вот навыки светского поведения явно подрастерял.
Несмотря на это, многие от него в восторге. Особенно дамы.
Последнее замечание слегка царапнуло по самолюбию. У нее что, особый талант выбирать «травоядных субъектов» из отряда «Данечки»? Если так, то любые мысли о Сомертоне надо вытравить из головы.
Правда внутренний голос тихо шепнул, что неплохо бы сперва разобраться — насколько взаимны симпатии местных дам. Может, они просто осаждают виконта, а он мужественно отбивается и ждет свою «ту самую»?
«И флиртует на дороге с первой попавшейся графиней» — хмыкнул внутренний скептик. Это да…
— Ты меня слышишь? — выдернул ее из мыслей голос Лайона.
Алес растерянно моргнула, возвращаясь в столовую замка.