Уткнувшись лбом в стол, Алес закрыла глаза. Голова гудела.
Если заказчик — дядюшка Арельса, то зачем ему громкий скандал? Давно бы уже избавился по-тихому от племянника и вступил бы в наследство. «Законно», так сказать.
Богудсам нет смысла дергаться, пока Лианне не исполнилось шестнадцать лет.
А Лидия, даже если бы доказала свое родство с Арельсами, в лучшем случае могла бы рассчитывать на приданое и неплохой брак. Но служанка, скорее всего, просто марионетка в чужих руках.
Узнать бы — в чьих. И обломать их под корень.
Тяжело вздохнув, девушка выпрямилась и закрыла книгу. Как же хорошо было прошлым летом. Жила себе в деревне, осваивала новый мир. Строила планы против Кариса.
Нет же, засунули ее в змеиный клубок. Где она даже не главная змея, а так, разменная монета. Может, послать всех лесом, забрать падчерицу (чтобы ту не втянули в сомнительные дела) и действительно уехать в родовой замок? Прямо завтра.
Потому что сидеть в этих унылых стенах и обдумывать одно и то же, можно до бесконечности.
А если королевскому дознавателю приспичит поговорить, он ее и у брата найдет. Но лучше, пусть ищет сторонников Лидии.
* * *Принятое решение придало Алесии сил. А еще, приятно было чувствовать, что она снова может распоряжаться своей жизнью. Правда отъезд пришлось на пару дней отложить.
Злополучные слабительные травки временами давали о себе знать. А замок брата хоть и находился сравнительно близко (чуть меньше дня пути), но останавливаться у каждых вторых кустиков по дороге, как-то не хотелось.
Поэтому девушка употребила оставшееся время с максимальной пользой. Во-первых, провела обстоятельную беседу с экономкой. Тария, после полученных от Лайона монет, стала очень даже милой. И старалась ответить на все интересующие вопросы.
Маленькую Лидию Арельс женщина вспомнила с трудом. Но потом подтвердила, что ребенок умер от красной сыпи. Тогда еще заболел Нортман, только что перешагнувший рубеж детства, и старый граф обещал лично повесить лекаря, если тот не вылечит наследника.
А заразился мальчик потому, что тайком навещал болевшую малышку. И до слез расстроился из-за ее смерти. За что даже получил оплеуху от отца…
Алесия вскинула брови.
— За то, что скорбел по сестре?
Экономка вздохнула."
"— За слезы. С дочерьми старый граф еще был помягче, но будущему мужчине полагается держать чувства при себе.
Комментировать ответ Алес не стала. Иначе средневековая лексика пополнилась бы парочкой матов.