Сколько шагов она намотала за утро? двадцать тысяч, тридцать? И все по лестницам, по лестницам.
Радовало одно, подобной стойкости падчерица от нее явно не ожидала.
Больше всего девушке хотелось плюнуть на все и пролежать до самого вечера. Но живот протестующе заурчал, напоминая об обеде. Да и потраченные калории требовалось восстановить.
Со стоном, которому позавидовал бы любой призрак, Алес выползла из кровати. И направилась вниз, попутно размышляя, что она уже слишком стара для столь гиперактивных детей.
На этот раз, Лианна никак не прокомментировала опоздание мачехи. Девочка угрюмо ковырялась в тарелке, размышляя о чем-то своем. Переосмысливает поведение?
Что-то сомнительно.
Как и утром, перед Алесией оказалась чашка гречки. С большим куском мяса поверх. Соли в меру, да и мясо настолько сочное, что буквально пропитало всю кашу внизу.
Алес невольно посочувствовала падчерице — бедняжке опять не повезло. А потом добавила себе сметаны и тушеных овощей. После прогулок по лестницам, есть хотелось просто зверски.
— Приятного аппетита, — весело пожелала она.
Помрачнев еще больше, Лианна молча кивнула и больше не поднимала на мачеху глаз. Вид у девочки был какой-то потерянный. Алесия закусила губу. Пожалуй, пора сворачивать это глупое противостояние и просто поговорить.
Все же Лианна еще ребенок. Пусть избалованный и не слишком воспитанный, но ребенок. И даже ее попытки насолить — выглядят наивно и по-детски. К тому же, девочка рано потеряла мать. А ее отец… О своем супруге Алес была не лучшего мнения.
— Спасибо, что показала замок. — надо же с чего-то начать разговор. — Это было весьма увлекательно.
Увы… Слова остались без ответа.
— Послушай, раз нам все равно вместе жить, быть может стоит узнать друг друга получше?
И опять тишина.
Алесия чувствовала, что ее слова звучат как-то фальшиво, но на ум ничего толком не шло. Ну как так? Даже с Гленом было легче найти общий язык, чем с этой маленькой аристократкой.
— Можем после обеда вернуться в фамильную галерею.
Равнодушный стук ложки.
— А может ты любишь вышивать?"
"— Я люблю, когда ко мне не лезут с глупыми разговорами! — взвилась Лианна. — И это не ваш дом, графиня! И никогда не станет вашим! Вы не нужны ни мне, ни моему отцу!
Алес выдохнула и отложила ложку. Что ж…
— Я это прекрасно понимаю, виконтесса. И не поверите, я тоже не горела желанием выходить замуж за вашего отца.