Короче, Салтанат с кем-то ругалась по телефону и сказала, что если ее поймают во время аудита, то она уже не сможет молчать.
— Тааак, — вспоминаю, как она в последний раз смотрела на меня, когда я задал ей вопрос про подписью — Что-то еще сказала?
— Конкретно Салта — нет. Но Амина говорит, что по офису уже несколько месяцев ходит слушок, что главбух и директор филиала спят вместе.
— Стоп. Какой директор? Новый? Уже? — недоумеваю я.
— Да нет, не новый, а старый. Чингиз.
От одного этого имени у меня уже дергается глаз.
— Ей сколько сорок?
— Сорок, не замужем, детей нет.
— А ему? — нахмурившись, задаю самому себе вопрос, но Аслан отвечает и на него.
— А он ровесник Искандера. Ему 35.
В ушах эхом отдаются его слова: “Ему 35. Ровесник Искандера”. А потом я неожиданно вспоминаю слова матери: “Тебе было два. Я была беременна, когда узнала”. С математикой у меня все хорошо. Со зрительной памятью тоже. Перед глазами мельтешат фотографии, письма, написанные мелким почерком, выцветшие детские рисунки.
— Черт, — бью кулаком по столу, достаю телефон из кармана и набираю аудитора. — Сейчас узнаем, что там происходит. Да. Здравствуй! Есть новости?
— Здравствуйте, Карим Даниалович. Я еще не все просмотрел, — отвечает парень — молодой, но толковый, — но уже нашел кое-что за год. Вы сказали смотреть за два, включая год, когда Искандер Даниалович был директором. Но там чисто. А вот после назначения Чингиза Беркутова начались странности.
— Детали? — мое терпение на исходе.
— Фиктивные счета-фактуры, недостоверные сведения в бухгалтерской отчетности. И как следствие — липовые налоговые декларации.
— Как выводили деньги?
— Пока разбираюсь. Но вероятно через фиктивную компанию. Это все надо проверять.
— Ущерб?
— По предварительным подсчетам пятьсот миллионов. Закончу, скажу точно. Но будет больше. Намного.
— Хорошо. Работай дальше.
Сбрасываю вызов и стучу ребром телефона по гладкой поверхности стола.
— Что такое?"
"— Махинации с налогами в столичном филиале. Начались после назначения Чингиза на должность. Сейчас, минутку, — отвлекаюсь, чтобы принять вызов от Бекжана, которого я еще вчера вечером попросил помочь. — Я как раз сам собирался звонить.
— Ты мне должен будешь, имей ввиду, — сходу говорит он.
— Да без проблем. Что-то интересное?
— Ты просил пробить Беркутова.