— Тёма, ты почему так долго?
Вздрагиваю, смотрю на дверной проем, Кристина, уперев руки в бока, стоит и прожигает взглядом.
— Кристина?
— А ты хотел здесь увидеть кого-то еще?
— Птичка моя, — расслабляюсь, я же ждал этого скандала, теперь надо просто кайфовать от него.
— Ты вообще понимаешь, что мне нельзя нервничать? Ты соображаешь своей умной башкой, что во мне два ребенка? Я могу их родить раньше времени. А тебя увозят не пойми куда, держат двое суток и ничего нам не говорят. А эта гора бесполезных мышц только успокаивает меня, мол, Крис, все будет хорошо.
— Крис! — Громов за ее спиной возражает, смотрит на меня.
— Иди ко мне, ну, хочешь, дай по лицу, яйца не дам. Вон той горе бесполезных мышц можешь заехать, — указываю на Громова.
Подхожу сам, прижимая девушку к себе.
— Я так скучал, птичка, всех убил и вырвался к тебе.
— Убил? Как убил?
— Оторвал твоему Лысому башку голыми руками. Больше он тебе не позвонит никогда, говорит, нечем.
— Шульгин, ты пьян?
— Ни капли, но меня так ведет от тебя, словно под дозой.
Глава 27
Громов
— Прекрати мне снова заговаривать зубы, это все серьезно. Я что, похожа на безбашенную девицу, которой происходящее доставляет удовольствие? Да, мол, давайте, сядьте все, а я тут как-нибудь сама рожу и воспитаю двоих детей. И скажу, что их отцы были космонавтами, трагически погибли при запуске ракеты. Тебя могли посадить, господи, как представлю, совсем дурно становится.
— Крис, все хорошо, иди ко мне.
— Меня Игорь успокаивал все это время именно так.
— Любил тебя долго и нежно?
— Тёма, прекрати.
— Не могу, ты всегда такая красивая и соблазнительная, покажи животик. Лежал на нарах и думал только о тебе.
— А должен был думать о детях и будущем.
Смотрю на то, как Шульгин пытается развязать завязки на халате Кристины, она делает вид, что сопротивляется и сердится. Совсем нет ревности, давно поймал себя на этом. Казалось, что я собственник, но за свои годы так и не встретил ту девушку, к которой бы стал привязан.
Да, вообще никого не встретил, не пытался, мне и так было хорошо.
Даже не думал о том, что пора остепениться, остановиться на одной, быть более серьезным. Завести отношения, построить семью, сущий бред. Мне все это просто не надо.
Было не надо.
Ни времени не было, ни желания, сначала служба, потом проблемы на ней и полное разочарование в структуре. Тот случай с Макаровым и бойцами, которых он повел в аул, ослушавшись приказа, стал отправной точкой.