Наши тела тесно прижаты, и это мешает нормально думать. Да дышать нормально мешает его близость!
– Так не переживай. Почему ты сбежала? Я искал тебя.
Эти слова впиваются шипами в сердце.
Прикрываю глаза. Так хочется сказать ему про детей, и я успеваю открыть рот, но грохот не дает мне совершить роковую ошибку.
– Да вашу мать! – шипит Рома, и тут же дышать становится легче.
Отходит.
– Я вам что сказал? – голос спокойный, но меня продирает до костей.
Распахиваю глаза, впиваясь в напряженную спину, за которой непроизвольно оказалась.
– Вы хоть представляете, что может быть в этой коробке?
Он все еще спокоен, и меня это удивляет. Другой на его месте давно бы сорвался на крик, а Рома держит себя в руках.
– Извини, командир, мы случайно.
Рома торопливо подходит к упавшей коробке и поднимает ее с пола.
– Живите пока, но остаетесь без чаевых за неаккуратность. Это все? – он осматривает захламленную прихожую и кривится.
– Все.
– Спасибо, можете быть свободны.
Грузчики испаряются как по щелчку пальцев.
Рома запускает пальцы в волосы и стискивает их в кулаке. Разминает шею. Я же ощущаю, как по подушечкам пальцев прокатывается электрический ток.
– Поможешь, веснушка? – вздергивает бровь и улыбается.
– Конечно, это моя работа.
Его улыбка тут же меркнет, и он закатывает глаза.
– Опять работа, – бурчит под нос, проходя мимо с одной из коробок."
"Я неуверенно плетусь вслед за Ромой в ожидании его распоряжений. Он заходит в комнату, посередине которой стоят стол и кресло, которых я не видела.
Брови лезут вверх.
– Ага, за выходные квартира претерпела кое-какие изменения, – хмыкает, увидев мою реакцию.
Все это он говорит, пока вскрывает коробку, стоящую на столе.
– Я пока кабинетом займусь. Ненавижу переезды.
– Так зачем переехал?
Язык бы мне откусить! Не хотела же в диалог вступать, но сложно удержаться от соблазна послушать его голос, от которого по спине мурашки. Из Ромы вылетает приглушенный смешок.