А ты в ответ мои приказы выполняешь. Мозг мне не сношаешь. И ревность свою скрути. У нас уговор.
""Права больше не имеешь"" — почти слышу, как мужчина это произносит.
Сжимаю челюсть с такой силой, что аж пульсацией отдает в десна. Мне надо промолчать. Не нарываться сильнее. Но это так сложно. — Я согласилась, да, — всё-таки прорывает. — Но не собираюсь потом всю жизнь лечиться. После того как ты от какой-то швабры мне болячек принесешь. Так что… Ты либо других не трахай! Либо ко мне со справочкой приходи. — Фух.
"А в ответ — тишина. Звенящая. Тяжелая. Я совсем Эмира довела? Он там уже план моего убийства продумывает? Или дар речи потерял из-за моей смелости? Я сама от себя в шоке. Но не хочу так. Не хочу. Мне больно. Разве он не понимает?
— Хули ты такая смелая щас? — Оживает. Голос опасно звенит. — При встрече только ноги расставляешь.
— А я бы и в лицо сказала. Будь возможность. А так… Мне пора. И у тебя встреча. Счастливо. — Завершаю вызов, чувствуя себя самоубийцей. Возвращаю мобилку Ивану, который в доме ждал.
Вибрирует мой собственный телефон. Но это не Эмир. А напоминание принять таблетки. Укол мне не подошел. По каким-то там анализам. Поэтому прописали противозачаточные таблетки. Их я пью исправно, не пропуская. Несколько будильников установила, чтобы наверняка. Это очень важно. И я впервые так ответственно отношусь к заданию.
Немного успокоившись, я собираю Катю. Надо выезжать уже. Даже улыбаюсь, представляя встречу с баб Зоей. Мне нравилось у неё жить.
— Нет, — Иван головой качает, когда я к выходу иду. — Нельзя.
— У нас поездка! — Напоминаю, желая скорее убраться отсюда.
— Новый приказ. Из дома — ни шагу.
— А я погулять хотела, — вздыхает сестра, с мольбой смотря на охранника.
— Тебе, мелкая, можно.
Нормально, да?!
Катюша выскакивает на улицу, развлекаясь. А я должна взаперти сидеть. Я понимаю, что делает Эмир.
Я демонстративно усаживаюсь на диван. Прямо под камерой. Скрещиваю руки на груди, с вызовом смотрю в маленький глазок. Ну, любуешься? Пожалуйста. Насладиться не дам. Может, я и сама не хотела ехать, а? И что?
В мыслях так легко вести перепалки с Эмиром. Там я придумываю колкие фразы, и совсем не тушуюсь. Вот ему сложно было просто меня успокоить вместо того, чтобы наказывать.
Я прикрываю глаза.