Но затем снова дарит мне свою ласковую улыбку и подносит мои пальцы к губам, задержавшись поцелуем, чуть дольше, положенного этикетом.
Затем подмигивает мне:
— До завтра, Дэниэлла.
Рион уходит, прикрывая за собой дверь, а я подношу пальцы к своим губам и касаюсь их там же, где только что их касались его губы. Так вот как они ощущаются… мягкие, прохладные, нежные…
***
Горячая ванна, с пеной и маслами действительно расслабила мое тело. Чтобы не чувствовать себя замарашкой я долго и до покраснения натираю себя щетками.
"Я изучила и попробовала большую часть изумительных баночек, расположенных на полках умывальной комнаты. Не помню, когда моя кожа ощущалась такой нежной и бархатистой, а мои волосы бы так блестели, но мне всё ещё кажется, что я недостаточно чистая… Словно суровый быт северных селений въелся в мою кожу навсегда.
— И что мне до того? Всё равно завтра разберемся с моими делами и не известно, когда в следующий раз свидимся.
Разозлившись, хлопаю кулаком по столешнице перед огромным, во весь рост зеркалом и быстро укутавшись в длинный до пола бархатный халат, выбегаю из умывальной комнаты.
В гостиной горит приглушенный свет и уже накрыт столик возле огромного, от пола до потолка, окна. Распахиваю занавески и замираю. Передо мной простирается ночь, озаренная мириадами огоньков: фонарей, окон зданий, витрин магазинчиков и ресторанов… Это невероятно! Город, в котором мы жили с прадедушкой Фицжерэном был совсем небольшим по меркам нашего континента.
— Оооо!!!
Всё это кажется просто невероятным! Эти комнаты, ночные огни столицы, дворец! Кажется, словно я прокралась в сказочный мир, из которого меня вот-вот вытряхнут.
Желудок напоминает о себе, реагируя на приятные ароматы, просачивающиеся из-под накрытых крышками блюд на столике. Пожалуй, я соглашусь со своим телом и порадую его сытным ужином.
Глава 27. Главный город континента
Дэниэлла. Даанаполис.
Солнечные лучи дразнят меня, проникая сквозь сомкнутые веки.