Пока же зимой будем продолжать плотину ладить. Вот, глядите. – Он показал на копошившихся людей. – Это они тяжеленной чугунной бабой забивают дубовые сваи. Потом будут сооружать ряжи. Это такие, ну-у, как бы срубы из лиственницы, собранные из забитых в глубину свай с крепкими стенками и полом. Затем их все наполнят валунами, свяжут между собой брёвнами, обложат снаружи большими камнями, а потом дёрном. За плотинным затвором с водосбросом сделаем слань – это, если грубо, слой где-то в аршин толщиной сосновых жердей, забитых и прижатых поперечными лежнями.
В начале декабря Алексей был вынужден отъехать в Калугу с Иваном Кузьмичом. Нужно было оформить снятие большой суммы в заёмном банке и закупить партию железа.
– Мы вам с супругой очень признательны за вашу помощь, Алексей Петрович. – Барон фон Эльмпт сделал церемонный поклон. – Благодаря вашей помощи и протекции нашего Сашеньку удалось зачислить в Шляхетский кадетский корпус. Михаил Илларионович сам перед приёмной комиссией ходатайствовал, и её вердикт был положительным.
– Филипп Иванович, позвольте с вами прогуляться, – попросил барона Егоров.
– Да конечно, Алексей Петрович, – сказал Лазарев. – А я пока чайком побалуюсь, хороший чаёк, ароматный.
– Семён, поди сюда! – позвал денщика фон Эльмпт. – Подайте нашему гостю ещё чая. Мы скоро будем.
Выйдя из штабного здания, прошлись вдоль плаца, где унтеры учили молодых держать ногу. Только и слышалось размеренное: «Делай ра-аз! Делай два-а! Выше ногу, выше! В коленях не сгибать! Делай раз! Делай два-а! Про отмашку рук не забываем!»
– Филипп Иванович, до тебя ничего не доходило про южный военный поход? – остановившись, поинтересовался у барона Егоров.