– Колонна, ваше превосходительство! – крикнул Гагарин. – Угличане подошли!
– Егеря, растягиваем порядки! В цепь становись! – скомандовал Алексей. – Оружие к бою! Примкнуть штыки! Ждё-ём, сейчас мушкетёры выстроятся, и тогда вместе по неприятелю ударим!
Через каких-то десять минут Углицкий пехотный полк из колонны был переведён в широкий пятишереножный строй, а перед ним встали в цепь три сотни егерей.
– Вперёд! – рявкнул Егоров. – Идём пока молча! Сближаемся с неприятелем вплотную! Барабанам бить и ура кричать только лишь по моей команде!
Впереди по-прежнему гремели одиночные выстрелы, а вот уже послышались и людские крики, отряд Бакунина продолжал держаться из последних сил.
– Русские сзади! – закричало сразу несколько воинов из края напиравшей толпы неприятеля. Несколько сотен, услышав этот крик, обернулись.
– Це-елься! – рявкнул Алексей, выхватывая из ножен саблю. – Огонь!
Три сотни пуль ударили в густую толпу.
– На колено! Заряжай! – И он сам присел в этой растянутой, длинной цепи.
– Первая шеренга, огонь! – донёсся сзади крик командира пехотинцев.
Залп.
– Вторая шеренга, огонь!
Залп.
– Третья шеренга, огонь!
Залп.
– Егерям – целься! Огонь! – скомандовал Егоров.
Ещё три сотни пуль выбили крайних в мечущейся огромной толпе.
– Барабанам бить атаку! Знаменосец, полковой стяг вперёд! – скомандовал Алексей. – В атаку, братцы, ура!
– Ура-а! – заревели егеря и пехотинцы Углицкого полка.
– Ура-а! – кричал, сжимая в руке фузею, Дубков. – На штык басурманина! Коли их, братцы! Ура-а!"
"Полторы тысячи русских ударили в штыки и начали теснить противника вдоль дороги.