А это ого-го!
Теперь же, когда Сашка Яныч выкупил у нее бизнес отца, заплатив ровно одну треть от стоимости, Юля совместно с Гараниным и Кирсановым приобрела отель в Приморске и еще несколько в Москве и в Питере. А занявшись гостиничным бизнесом, заинтересовалась и ресторанным.
— Я хочу сделать при каждом нашем отеле ресторан с отличной кухней. Мне плевать, есть ли звезды Мишлен, или их нет. Главное, местные блюда. Если Черное море, то должны быть самые вкусные хинкали и шашлыки на побережье, — говорила она мужу и компаньонам, — если обе столицы, значит русская кухня.
— Вот как Сашка Яныч такую голову отпустил? — вздохнул тогда Космонавт. — Сколько тебя зову уже, Юль? Мое предложение в силе. Иди ко мне коммерческим директором. А то мои сыновья окопались в Париже… Не с кем бизнес строить.
Юлька вспомнила, как снова отказалась.
— Хочу больше времени уделять семье и мужу, — улыбнулась она. А старый Космонавт, бронтозавр из девяностых, оглядел мудрым взглядом их с Крепсом и пробурчал добродушно:
— Я тебя понимаю.
Теперь, гуляя с Димой по парижским улицам, Юлька ощущала себя свободной и счастливой.
— Давай зайдем в «Матрешку», — махнула она рукой в сторону заведения с Мишленовскими звездами.
— Это чей рестик? Пахомова?
— Ну да, — азартно прошептала Юлька. — Хочу посмотреть, чем он берет публику. Десерты какие-нибудь попробовать. А может, и борща съесть.
— Вот приехали мы в Париж борща похлебать, — рассмеялся Блинников.
Шикарный ресторан, оформленный в стилей хай-тек, показался Крепсу космическим кораблем.
— Прикольно, — прошептала Юлька и тут же поморщилась. — Что-то меня тошнит, Дима, — прошептала жалостливо. — Сделай заказ сам, — велела на ходу и рванула в туалет.
Юлька вернулась к мужу, когда тот уже доедал отбивную с картошкой фри.
— Прости, не успел, — покаялся Крепс и, отдав пустую тарелку подоспевшему официанту, попросил. — Несите десерт и чай."
"— А что ты заказал? — слабым голосом поинтересовалась Юлька, усаживаясь на диванчик рядом с мужем. Вмиг оказалась в его медвежьих объятиях. Прильнула к груди, вдохнув родной запах.
— Я же не знаю всех этих мудреных названий, Юль, — пробурчал Блинников. — Вот увидел знакомое и попросил принести. Какой-то десерт «Джулия».