— Кухарка обварила ноги, и так ужасно. А ты в каком-то магическом порыве спасла её. Там только розовые пятна остались. И те сошли. Ты не умеешь расходовать силы. Всё отдаёшь, и сама падаешь в припадке."
"— Боже! Неужели? Я ничего не помню! Но смотри. Накануне бала я после бани упала и так сильно расшибла ногу, неожиданно для себя прочитала какие-то слова и вот, нога чистая. Ёлки, надо бы побрить! — замечаю бледные волосики на ноге и прячу это безобразие под одеялом, смущённо улыбаясь.
— Значит, ты это умеешь! Но вот в чём ужасный вопрос, Уля, кого ты спасла в тот день, когда попала в карцер? Это явно была не царапина на коленке.
Она всхлипнула, а я её обняла и прижала к себе. Сама готова расплакаться.
— Не помню! Честное слово! — шепчу ей.
— Слушай, а этот Курский он же какой-то следователь, ты про него говорила, может быть ему рассказать. Вдруг это преступление, на тебя Натали накинулась как кобра, боится, что ты что-то расскажешь?
Я задумалась, но в памяти не единой мысли, но только идея.
— В голову пришло, что кто-то выпил яд, а кто не помню, но я спасла, а потом ты знаешь! Но это не точно, какое-то магическое воспоминание.
Шепчу виноватым голосом.
— Ого! Это преступление, но, наверное, ты не хотела раскрывать имён, ведь девочку могут наказать, нельзя так поступать. Поди, мальчик бросил перед балом… Наверное, лучше не трогать этот вопрос. Но если вспомнишь, то расскажи.
Она поспешно оделась и вышла. А я осталась одна и задумалась.
Варя во всём права, Ульяна точно кого-то вытащила с того света.
И вдруг словно вспышка в сознании, вот та книга, какую мне подсунули на экзамене! Она же моя была. Кто-то украл книгу магии и донёс обо мне?
— Ну, погоди, Натали! Я всё узнаю и мало тебе не покажется.
Всем сердцем ощутила потребность в этой книге. Не она от меня отвернулась, а я её не признала.