А я теперь сомневаюсь, сможем ли мы его спасти? — озадаченно прошептал государственную тайну Андрей Васильевич.
— А что не так? Я, кажется, поняла о ком речь! Алексей?"
"— Да, он! Что, если ты ангел-хранитель только для своего родного человека, а сможешь ли помочь другому, причём довольно агрессивно настроенному по отношению к тебе?
Улыбаюсь, вспоминая запонку, он и правда агрессивно настроен к таким, как мы.
— Но попробовать надо, тем более я разработала методику, мне бы, кстати, нужен плесневелый сыр или хлеб, всего кусочек на тарелочке, так более эффективно.
Модест Сергеевич оживился:
— Пенициллин изобретаешь?
— Типа того, но магический, потом расскажу. Это прожорливая армия, которая пожирает магические энергии, если вы Андрей Васильевич хотите, то можете присутствовать. Пенициллин — да, это ж вроде какая-то плесень. Хорошая идея, надо будет добавить к списку. Смартфон хочу ещё сделать.
Я слишком увлеклась…
— Смартфон? — удивлённо спросил Разумовский.
— А это замечательная идея, — поддержал Орлов.
— Да. Магическое переговорное устройство. Панель из природного материала, может кремний или ещё какой-то минерал, в него «зашить» магическое заклинание, пусть не голосовые сообщения, но СМС, коротенькие тексты стилусом написать друг другу можно, и таким образом оставаться всегда на связи, и за каждым вопросом не нужно ездить или отправлять гонца.
Орлов расплылся в улыбке.
Разумовский завис, осмысляя сказанное, но я уже чувствую, что ему эта грандиозная идея очень понравилась и кажется, он уже понимает, каким образом можно эту систему организовать.
— Ульяна, скажи правду, ведь ты не она? Что-то случилось, и ты стала другой, мыслишь иначе, ведёшь себя слишком эмансипировано и идеи потрясающие выдаёшь?
— Это плохо? — я немного напряглась, а Орлов снова сжал мои пальцы, он так и не отпускает руку.
— Это прекрасно! Удивительно и бесконечно интересно. Мы обязательно всё это обсудим. Но кто ты!
— Сама не знаю! Позже спрошу у книги! А сейчас попросите подать нам завтрак, я хочу сама покормить дорогого князя Модеста Сергеевича, и потом Вере Антоновне оставить некоторые инструкции по уходу.
Разумовский быстро вышел. А мы с канцлером остались.
— Юль, ты ведь меня не оставишь?
— Нет! Но надо спасать царевича, наверное, вечером не смогу приехать, но завтра утром обязательно навещу! А вы, дорогой князь, ешьте, спите, поправляйтесь и живите, скоро у нас начнётся век перемен!
Он улыбнулся и подтянул мою руку к своим губам, поцеловал и отпустил.