Он подслушал телефонный разговор, узнал, что кража обнаружена, понял по поведению старика, что его подозревают, и действовал соответственно – демонстративно ушел из дому в восемь и состряпал себе алиби. Ему ничего не стоило выскользнуть из кинотеатра и незаметно вернуться – очевидно, не сомневался, что девушка его не выдаст. Посмотрим, что мне завтра удастся из нее вытянуть.
– Как же он смог вернуться в дом? – спросил Пуаро.
– Это потруднее, – признал Сагден. – Но он мог найти какой-то способ. Допустим, одна из служанок отперла для него заднюю дверь.
Пуаро насмешливо приподнял брови:
– Выходит, он отдал себя на милость двух женщин? Даже с одной риск был немалый, а с двумя он стал бы просто фантастическим!
– Некоторые преступники уверены, что всегда могут выйти сухими из воды. Теперь рассмотрим вторую возможность, – продолжал Сагден. – Хорбери украл алмазы, вынес их вечером из дома и, скажем, передал сообщнику. Это достаточно просто и весьма вероятно. Но тогда нам придется признать, что кто-то другой выбрал именно этот вечер для убийства мистера Ли и этот кто-то не знал о похищении алмазов.
Полковник Джонсон зевнул, посмотрел на часы и встал.
– Ну, – сказал он, – думаю, на сегодня хватит. Только перед уходом нам лучше заглянуть в сейф. Будет забавно, если эти чертовы алмазы лежат на своем месте.
Но алмазов в сейфе не оказалось. Как и говорил им Альфред Ли, они обнаружили комбинацию в книжечке, взятой из кармана халата убитого. В сейфе они нашли пустой замшевый мешочек. Среди бумаг только одна представляла интерес."
"Это было завещание пятнадцатилетней давности. Помимо мелких посмертных даров, условия выглядели достаточно просто. Половина состояния Симеона Ли должна была отойти Альфреду, а другую половину следовало разделить поровну между четырьмя остальными детьми – Гарри, Джорджем, Дэвидом и Дженнифер.
Часть IV
25 ДЕКАБРЯ
Солнечным рождественским полднем Пуаро бродил по саду Горстон-Холла. Само здание выглядело построенным на совесть и не отличалось архитектурными излишествами.
На южной стороне находилась широкая терраса с изгородью из подстриженного тиса. Между каменными плитками зеленела трава, а вдоль террасы располагались каменные раковины с имитациями миниатюрных садов.
Пуаро с одобрением их разглядывал.