— И наверняка голодный, идём, ужин уже готов.
Прислуга вокруг засуетилась, принявшись подавать горячее блюда. Я смотрел на маму отмечая её внешний вид. Мама считалась красивой женщиной, но недуг что тревожил её давал о себе знать, она сильно сбавила в весе, и от того лицо казалось бледным, её живые полные огня глаза, скрывали это, но всё же, я знал, что ей нездоровится.
— Хорбен только вчера мне сказал, что ты был у нас. Почему не позвал меня? — сердито спрашивает.
— Прости, мама, не хотел тебя тревожить, — взял за приборы, скрывая вину перед этой женщиной.
— И как ты можешь этим меня тревожить, скажи? Что за глупости ты говоришь? Хорбен уже получил от меня нарекания.
— Да ты права, извини.
Я знал, что за её строгостью всегда таилась доброта и забота, просто мама не хотела себя считать слабой. Особенно сейчас.
— Как ты? — спрашиваю, склоняясь над тарелкой супа.
— Хорошо Фоэрт, а как ещё должно быть? Почему ты об этом вообще спрашиваешь, или считаешь свою мать не способной приехать к собственному сыну?
— Нет мама, ну что ты, я не это имел ввиду…
Чёрт.
Джолит вздёргивает подбородок.
— Как ты обходишься без прислуги? — вдруг переводит тему. — Кто готовит есть? Ты похудел. Как ты питаешься Фоэрт?
— Я в прежней форме мама, ни сбросил ни грамма.
— И всё равно. Завтра займусь этим вопросом.
— Не нужно мама, правда я справляюсь, — морщусь я, представляя что-то кто посторонний будет в моём доме.
— Никаких разговоров, — обрывает госпожа Кан. — Я всё решу, тебе нужно качественное питание, как минимум.
Закатываю глаза.
— Мама, я никогда не питался в забегаловка. Я готовлю сам, — отвечаю избегаю прямого контакта в глаза. Из всего перечисленного я только готовлю, что у ж сказать всё остальное делает тьма, это правда. Но об этом она не должна знать.
— Не поверю, — хмыкает. — Когда у тебя на это всё есть время, если ты приходишь так поздно?! Довести меня хочешь?! — начинает распаляться мама.
— Нет! Не говори отцу, пожалуйста.
Мама удивлённо смотрит на меня.
— Ему не интересно будет, скорее он тебя не поддержит, — быстро нахожу что ответить.
Проклятье, ели отец об этом узнает он сразу заподозрит меня в использовании запретной силы.
— Ты прав. Тогда решено я займусь этим вопросом сама, раз ты не хочешь. Завтра же найму тебе прислугу.
Продолжаю есть хмурясь, понимая, что госпожу Кан не переспорить.