За жалкие пять минут мы не успеем убежать отсюда. Остаётся только… Я вскочил с кровати и заорал во всю глотку:
— На нас напали! Спасайтесь!
Макар повернул в мою сторону недовольную физиономию и краем глаза заметил, что творится в небе. Его тут же пробила нервная дрожь. Прямо в трусах я выбежал в коридор, разбил окошко пожарной сигнализации и опустил вниз рубильник. Зазвенела сирена, на стенах вспыхнули лампочки аварийного освещения, а из комнат в коридор стали выбегать ошалевшие курсанты.
Из-за адреналина, хлынувшего по венам, я не сразу заметил, что порезал кулак о стекло.
— На нас напали! Спасайтесь!"
"Секунду на меня смотрели, как на идиота, ведь академия была полна отчаянных голов, не ведающих слова «страх». Но были и те, кто легко поддавался панике, они и стали ключом к всеобщей эвакуации. Выцепив из толпы Лешего, мы побежал вниз по лестнице, а через мгновение за нами устремился тонкий ручеёк курсантов, потом небольшая река, превратившаяся спустя пару секунд в бурный орущий поток.
— Пропустите!
— Да не толкайтесь вы!
— Дайте пройти, сволочи! Я жить хочу!
В панике орали курсанты, пытаясь протиснуться. Нам же повезло, мы возглавляли бегство. Вылетев на улицу в трусах, мы заметили, как из соседних зданий выбегают и другие ребята. Не теряя времени, рванули к общаге Сергея и Остапа. А чтобы нам веселее бежалось, вдалеке прозвучал громогласный взрыв.
В центре города расцвёл голубоватый всполох.
— Что происходит? — спросил Леший уже в который раз, но никто ему не ответил.
Я бы тоже очень хотел знать, что происходит. Видимо, происходит долбаный конец света. Если мы через три минуты где-нибудь не укроемся, то нам конец.
Двор академии почему-то заполнился гвардейцами, которых было неестественно много. Тысяча, может, две тысячи бойцов. В полной выкладке, с оружием наперевес. Обвешанные защитными артефактами. Впрочем, они не спасут от огненного шторма.
Гвардейцы рассредоточились на местности и стали занимать позиции, как будто готовились к бою.