Робкая надежда, что она вот-вот откроет глаза, погасла. – За что ей это? Я должен был умереть! Я, а не она!
- Полагаете, ваше высочество? - она приблизилась, заглянула в лицо девушке, которая не колеблясь отдала свою жизнь. - На все воля богов! Они решают, кому жить, а кому умирать!
- И я должен смириться? - прорычал принц. - Я не могу ее отпустить!
Дыхание ветра пронеслось по нефу, пригибая едва зажженные свечи.
Жрица прищурилась, словно увидела что-то, чего простому человеку не увидеть никогда. И спустя миг – кивнула.
Молчаливые сестры вмиг приблизились.
- Думаю, вам стоит обратиться к богам со своей просьбой, - обронила жрица. - Сестры позаботятся о леди Роксане.
И только когда монахини унесли бездыханное тело в темный боковой неф, Эдмунд с трудом поднялся на ноги и последовал за жрицей.
Он не сразу и понял, что оказался в небольшой комнате. Просто напротив входа – статуя богини-матери с чашей для страждущих в руках.
«Подающему дается!» - вырезано на светлом мраморе чаши.
- Каждый монарх один раз может просить у богов и получит то, что просит.
- Что угодно! – не колеблясь ответил принц.
Острая сталь скользнула по руке наследника престола Калагурии. Тяжелые алые капли падали одна за одной в чашу.
И снова сквозняк, словно дыхание, коснулся затылка. Вспыхнула кровь, пролитая в чашу. А жрица заговорила иным, словно потусторонним, голосом."
"- Ты получишь то, что просишь! Но отныне и навеки – ты связан с той, для кого просишь! Она та, кто предначертан тебе богами.
- Да! – ни мгновения не раздумывая, ответил его высочество.
***
- Боги сжалились, видимо, - ответил Эдмунд, резко выдохнув и отставив бокал.