Старинные тома требуют особых условий содержания, им вредны яркий солнечный свет и высокая влажность, поэтому коллекционер построил в усадьбе специальное хранилище, куда не допускал ни одного постороннего. Современники говорили, что собрание Варваркина лучшее в мире.
– Но как они могли судить о нем, если хозяин не демонстрировал книги? – задала справедливый вопрос Арина.
– Варваркины составили каталог коллекции, – терпеливо пояснил отец, – подробно описали все сокровища.
– Фу! – поежилась Арина. – А вдруг они все придумали?
– И как тебе такое пришло в голову! – возмутился историк.
– Ага, а ангелы не писают, – захихикала Ариша. – Папа, соврать способен любой, в особенности если хочет прославиться.
Эрик на секунду зажмурился, а потом сурово сказал:
– Считай, я не слышал твоего заявления! Иначе я могу разочароваться в дочери.
– О, так, значит, ты помнишь, кто я, – с подростковой вредностью констатировала Арина. – Это радует. Обрати внимание, я не требую назвать мой возраст и озвучить имя, просто счастлива, что отец, великий человек, помнит: у него есть дочь.
Эрик уставился на Нину, щеки его покраснели.
– Арина, замолчи! – гневно оборвала девочку мать.
– Отлично, ма! – сказала дочь. – Я нема, глуха, слепа, тупа и полна почтения к великому человеку – своему отцу.
Эрик, не обращая внимания на откровенное хамство Арины, продолжил:
– Панкрат обладал уникальными произведениями.
– Папа, – снисходительно усмехнулась Арина, – если никто ничего о рукописях не слышал, в глаза их не видел, то почему ты решил, что они были у этого дядьки?
– Карточки! – менторски поднял указательный палец родитель. – Я проделал гигантскую работу и обнаружил в архивах каталог библиотеки Панкрата.
– Опупеть! – отозвалась в своем духе Арина.
– Более того! – вдохновенно вещал Эрик. – Я знаю, где искать сокровище!
– Папуля, – неожиданно ласково спросила Арина, – а когда умер Пафнутий?
– Панкрат, – поправил отец.
– Однофигственно, – отмахнулась девочка. – Он что, жив?
– Панкрат уехал из России в тысяча девятьсот двадцатом году, – сообщил Эрик. – Ему бы следовало бежать раньше, но коллекционер прятал книги, оборудовал тайник. Лишь тщательно схоронив раритеты, он подался во Францию.