Мадам Помфри осмотрела у Гарри плечо, всё время причитая:
— В прошлом году дементоры, в этом драконы! А на будущий год кого ещё приведут?! Тебе очень повезло, рана неглубокая. Сейчас я её обработаю и буду лечить.
Она промыла царапину ваткой, смоченной в красной жидкости. Тампон дымил и обжигал. Но мадам Помфри направила палочку на плечо, и боль как рукой сняло.
— Ну вот, минуту посиди спокойно, и можешь пойти узнать результат.
Она вышла, и её голос донёсся из-за перегородки:
— Диггори, как ты себя чувствуешь?
Гарри надоело сидеть.
— Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово!
Но Гарри смотрел на Рона, который был очень бледен и таращился на Гарри, как на призрак.
— Гарри, — на редкость серьёзно сказал он, — кто бы ни положил твоё имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить!
Словно и не было этих последних недель.
— Додумался? — холодно ответил он. — Долго же до тебя доходило."
"Гермиона нервно переминалась, поглядывая то на одного, то на другого. Рон открыл рот, подыскивая слова. Гарри знал, что тот готов повиниться, но… разве это так важно?
— Всё в порядке, Рон, — опередил он друга. — Забудем, и всё.
— Нет, как я мог…
— Забудем! — повторил Гарри.
Рон нервно улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ.
Гермиона расплакалась.
— Чего ты плачешь? — удивился Гарри.
— Какие же вы идиоты! — топнула она ногой, и слёзы хлынули у неё из глаз. Обняла их, оттолкнула и убежала, давясь рыданиями.
— Во даёт… — покачал головой Рон. — Пошли, Гарри. Сейчас результат объявят.
Ещё час назад о таком счастье Гарри и мечтать не смел. Взяв золотое яйцо и «Молнию», он вышел из палатки. Рядом шагал Рон и быстро говорил:
— Ты был самый лучший! Седрик применил заклятие трансфигурации и превратил камень в собаку.