И наконец (раньше, чем ожидал!) увидел её — она выходила с урока защиты от тёмных искусств.
— Чжоу! Можно тебя на два слова?
Конечно, подруги Чжоу снова стали хихикать. Это гнусное хихиканье должно быть запрещено законом! Чжоу, однако, не захихикала.
— Конечно, — сказала она и отошла с ним на приличное расстояние от девчонок.
Гарри взглянул на неё, и душа у него ушла в пятки.
— М-м, — начал он. Нет, он не может её пригласить. Не может! Но должен! Чжоу стояла и недоумённо смотрела на него.
Слова вылетели изо рта ещё до того, как Гарри совладал с языком.
— Ты-хтела-ти-сомнабал?
— Прости, что?
— Ты не хотела бы пойти со мной на бал? — Ну зачем, зачем он начал краснеть?
— На бал?
— На бал!
— Мне очень жаль, Гарри, — Чжоу тоже покраснела, и было видно, что она говорит правду, — но я уже обещала пойти с другим.
— А-а, — протянул Гарри.
И вот что странно: секунду назад у него внутри как будто дрались скорпионы. А сейчас там было абсолютно пусто.
— Да? Ну ничего…
— Мне очень жаль, правда, — тихо повторила Чжоу.
— Понимаю…
Они стояли и глядели друг на друга, пока Чжоу не сказала:
— Ну, я тогда…
— Конечно, конечно, — ответил Гарри.
— Пока! — сказала Чжоу и пошла к подругам, всё ещё красная до корней волос.
— С кем ты пойдёшь? — выпалил ей вслед Гарри, не справившись с собой.
— С Седриком. Седриком Диггори.
Всё внутри вернулось на свои места. Только грудную клетку почему-то наполнила свинцовая тяжесть."
"Забыв об ужине, Гарри понуро побрёл к своей башне.
— Светляки, — буркнул он новый пароль, введённый со вчерашнего дня.
— Да, милый, верно, — защебетала Полная Дама, поправила на голове прошитую золотом ленту и повернулась на петлях, открывая входной проём.
Войдя в гостиную, Гарри осмотрелся и увидел, к своему изумлению, в дальнем углу Рона, лицо у которого было пепельно-серое. Рядом сидела Джинни и говорила с ним тихим ласковым голосом. Утешала, наверное.
— Что с тобой, Рон? — Гарри подошёл к ним.
Рон поднял голову, на лице его застыло выражение ужаса.
— Ну зачем, зачем я это сделал? — вопрошал он срывающимся голосом.